Поэтому я замерла и ждала, что он наконец заговорит ну или загрузит мне в голову какую-то информацию. Но он продолжал молчать! И я поняла, что во мне рождается злость. Вместе с этим чувством по венам потек неон.
Тим заметил это и приподнялся, а я в этот момент просунула правую руку ему в боксеры. Это произошло одновременно, поэтому мне показалось, что неонец вскочил от моего прикосновения. Точнее, я решила, что слишком крепко сжала ему там.
- Тим, прости я не хотела! Это случайно вышло! Я не думала, что…, - пролепетала я, но Тим остановил меня приложив указательный палец к моим губам. Затем другой рукой плавно вытащил мою руку из своих трусов, поднёс ее к своим губам, поцеловал и произнёс:
- Нам надо поговорить. Я должен рассказать тебе кое-что важное…
Я слушала его молча. Не потому, что не хотела перебивать, а потому, что онемела от шока. В горле словно ком застрял. Даже глотать было больно. А когда из моих глаз потекли слезы я стала задыхаться.
Тим притянул меня к себе и влез мне в голову. Мысли сразу накрыло каким-то туманом.
Стало легче. Но мое прошло уже стерлось. Превратилось в миф.
- Кто я теперь? Человек? Полукровка? Или просто неудачный продукт эксперимента? – Крутилось в моей голове.
Все потому, что слова Тима больно ударили по ушам: “Ты не совсем человек”, “твой настоящий отец такой как я”, “твоя мама участвовала в программе суррогатное материнства”, “им нужны были деньги”, “ее обманули и она невольно стала участницей эксперимента” …
Все эти фразы вылетали из уст неонца и застревали в моем сознании острыми занозами.
Я словно очутилась в вакууме. Голова гудела, а голос Тима казался фоном где-то на заднем плане. Я судорожно пыталась собрать все факты из своей жизни с учетом этой новой информацией. Из всего следовало, что тот человек, которого я считала своим отцом мне никто… Чужой дядя, который согласился воспитывать меня только потому, что мой проект оказался провальным и ученым я оказалась не нужна.
А мама? Она мне родная? Или просто выносила меня как инкубатор? Тогда откуда они взяли яйцеклетку? Выходит родная? Хотя я же похожа на нее.
- Родная, - сделала мысленный вывод я и прикрыла глаза.
Это все было больше похоже на дурной сон из тех, что я вижу в последнюю неделю. Или сколько там прошло с момента появления Тима в моей жизни?
- Стоп, - одернула себя я и резко распахнула глаза, - выходит мои способности это не из-за связи с ним? Я просто… Превращаюсь?
По телу от этих мыслей опять пошла знакомая уже дрожь. Так газ двигался по моим венам. Это не больно, только немного жжет. В первые секунды хочется это почесать. Но постепенно желание затихает.
Так было и в тот раз, когда я на глазах у племянниц чуть не взорвалась. Только тогда я не придала этому значения. А сегодня мои ощущения словно обострились. Кажется, даже эмоции от газа стали затихать.
- Лика, ты меня слышишь? Прийди в себя! – В какой-то момент услышала я отчетливый голос неонца и подняла свои глаза на него.
Тим сидел, держа меня за руки и смотрел так, словно я опять, что-то случайно натворила пока была не в себе. Я невольно оглянулась, но все вокруг было в порядке и на своих местах. Да и кроме нас двоих в комнате не было никого, кого бы я могла напугать. Девочки уже давно спали где-то наверху, а мамина подруга ушла часа два назад.
– Я в норме. На сколько это возможно, – ответила я и выдернув свои ладони из рук Тима слезла с кровати, вышла из комнаты и пошла в сторону кухни через гостиную.
Селестар никогда не врал и говорил, что думал открыто. Это менталитет такой. В его мире скрыть мысли трудно и поэтому необходимости говорить как-то сглаженно нет. Но я все равно глубоко в душе надеялась, что он сейчас скажет, что хотел меня так встряхнуть, отвлечь от мыслей о трагедии или что-то в этом духе.
Но минуты шли и все то время, что я провела на кухне утоляя свою жажду водой из холодильника он молча стоял в дверном проеме. А когда я подошла к нему и наши взгляды встретились я поняла, что он только начал говорить. Что правда о моем происхождении это еще не все шокирующие новости на сегодня.
— Это ведь еще не все, что ты хотел мне рассказать да? – Уточнила я. Тим лишь ухмыльнулся. Кажется, он переживал как я перенесу новости о своем появлении на свет. И поэтому был удивлён моему спокойствию.
- Давай вернемся в спальню. Не хочу, чтоб нас слышали твои племянницы, - сказал он, затем добавил, - теперь речь пойдет о них.