причинно-следственной — например, яблоко, падающее с дерева на землю, — это всего лишь
впечатления от Яблока, его движения и его столкновение, но нет логической необходимости, с помощью которых
причина порождает следствие. Там может быть случай, когда яблоко не падает
вниз, но и вверх. Мы наблюдали, как яблоки падали на землю каждый раз, но
логической необходимости в том, чтобы они падали на землю каждый раз, нет.
Существует, однако, является логической необходимостью, что два плюс два всегда равно четырем, и, что логично
необходимость проживает в идеях два и два и в идее сложение чисел.
Два плюс два не могут логически равные три.
Юм установил, что не существует аргументов в пользу связи причин и следствий с точки зрения полномочий,
активных сил и так далее, но что единственной причинной необходимостью является логическая необходимость, подобная обнаруженной
, присущая концепциям математики и языка.
Поскольку Преамбула, Конституция и Билль о правах являются артефактами языка, а слова
имеют логические отношения друг с другом, которые предполагают идею необходимой связи,
причинно-следственные связи между ними логически не могут быть разорваны.
Преамбула, Конституция и Билль о правах имеют одинаковую логическую взаимосвязь между собой
поскольку два плюс два плюс два равняется шести.
Целое можно разделить на различные части точно так же, как яблочный пирог можно разделить на ломтики. The
Преамбула, Конституция и Билль о правах составляют одно целое, но также могут быть разделены на части для
удобства использования лицами, стремящимися применить закон к конкретным обстоятельствам
Тем не менее, значение любого закона не содержится в одном изолированном слове или
93
параграфы, но в сочетании с другими частями и основным намерением, выраженным в
Преамбула, Конституция и Билль о правах, являются конечной основой или вектором для
толкования всех других законов.
Те цели, которые противоречат целям, изложенным в Преамбуле, следовательно, априорны
логически и обязательно не имеют никакой юридической силы в законодательстве и правительстве США.
То, что законы, оторванные от Конституции и нормативного правосудия, могут применяться несправедливым образом
показывают события в нацистской Германии, когда юридические маневры были
проводится с целью воспрепятствования и уничтожения основной цели и положений Конституции Германии,
маневры, включая приватизацию или корпоратизацию государственных функций Германии,
помещает их в „юридическую пустоту", ссылаясь не на Конституцию или нормативное правосудие, а на
“целевые показатели эффективности” их „корпоративных владельцев“.
То, что для нацистов было незаконным и неконституционным использовать маневр акционирования
правительственные функции и замену законов нормативными актами, подчеркивается решениями
Военного трибунала США в Нюрнберге.
В соответствии с Законом о федеральном реестре 1935 года была предпринята попытка отделить деятельность
государственных учреждений от целей, изложенных в Преамбуле, Конституции и Кодексе, обязательных для исполнения
в силу логической необходимости, присущей идеям, выраженным в этих Хартиях, относительно всей деятельности правительства
путем присвоения этим государственным функциям статуса частных корпораций и в
таким образом, конституционные мандаты и цели Преамбулы к ним не прилагались.
В результате были созданы корпорации частного права, которые, как оказалось, могли действовать
вне рамок преамбулы, Конституции и Билля о правах по техническим причинам.
Таким образом, члены международного преступного синдиката, захватившие крупные территории
офису было легче осуществлять свои преступные планы под вывеской своего офиса.
Люди, работающие для учреждений получили статус работников частного сектора и
нет больше государственных служащих с офисом привязан к преамбуле Конституции.
Они были наняты по контрактам корпоративного права, в которых не было ссылок на Преамбулу
и Конституцию, из которых они изначально черпали все свои полномочия.
Им был присвоен статус простых наемников, причем некоторые из них были вооружены, а некоторые — нет.