Но он описывает, как предпочитал подход Черчилля к геополитике идеям Рузвельта, которые, по его мнению, устарели и были несовместимы с реальностью. Но в книге он также описывает своё время на посту госсекретаря при Никсоне, когда, по его словам, британцы были настолько практичны и полезны, что стали участниками внутренних американских обсуждений в такой степени, которая, вероятно, никогда не практиковалась между суверенными государствами. «Таким образом, в период моего пребывания в Белом доме я держал британское министерство иностранных дел в большей степени в курсе событий и более тесно взаимодействовал с ним, чем с американским Госдепартаментом». Это было симптоматично, полное признание. Они даже не скрывают этого, говоря что-то вроде: «О, на самом деле они этого не говорили». Нет, они просто признают это. Они просто… они просто предполагают, что мы слишком глупы, чтобы сопоставить слова и действия. В 1983 году лорд Джейкоб Ротшильд выступил с речью, в которой сказал, что два типа гигантских… организаций — всемирная компания, предоставляющая финансовые услуги, и международный коммерческий банк, обладающий компетенцией в сфере глобальной торговли, — могут объединиться в единый могущественный финансовый конгломерат.
[01:29:57]
Он имеет в виду отказ от разделения банковской деятельности на коммерческую инвестиционную, трастовую и страховую. Раньше, при Рузвельте, всё это было разделено, чтобы нельзя было спекулировать на сбережениях людей. По закону это было запрещено. Он говорил о том, чтобы отказаться от этого и создать новый тип универсального банка, который будет заниматься всем, что сегодня мы могли бы назвать «слишком крупным, чтобы обанкротиться». Изначально это было сделано в Великобритании при Маргарет Тэтчер, когда была создана первая волна универсальных банков, и Лондон снова получил ещё больше власти, чем раньше. У вас почти полный крах спекулятивного пузыря, который приводит к краху… фондовой биржи в Нью-Йорке… Чтобы избежать краха, Алан Гринспен был привлечён к работе и немедленно нормализовал креативные финансовые инструменты, также известные как деривативы, которые ранее были по большей части незаконными. Я имею в виду, что они были известны как мусорные облигации, секьюритизированные долги и… которые ничего не стоили, но всё равно были секьюритизированы, а затем на них играли в азартные игры со страховкой, которая также стала секьюритизированной, чтобы люди могли… Я— это сложно, но это безумие.
Это не тот способ, которым вы создаете какую-либо ценность, и это стало чем-то вроде раковой опухоли, которая выросла в экономике до такой степени, что к 1992 году, когда был подписан Маастрихтский договор, был создан Европейский союз как новая консолидация, призванная избавиться от национальных государств и от права наций выпускать свои собственные средства и контролировать свой собственный кредит. В Европе было около двух триллионов долларов деривативов. В том же году распадается Советский Союз. Празднуется конец истории. Джордж Буш говорит в 1990 году… в начале войны в Персидском заливе, что «перед нами стоит задача создать для себя и для будущих поколений новый мировой порядок. Если мы добьёмся успеха, а мы его добьёмся, у нас будет реальный шанс создать этот новый мировой порядок». В этот момент Маргарет Тэтчер хвастается, что она вправила мозги Бушу, который колебался по поводу операции «Буря в пустыне». Но опять же, идея всегда была такой: это конец системы национальных государств, наконец-то, в конце холодной войны.
Это однополярная эпоха… того, что сегодня можно было бы назвать неолиберальным мировым порядком. Советский Союз полностью приватизирован — разрушен, предназначен для разрушения — под руководством Строба Тэлбота, который является координатором на местах, стипендиатом Родса, тесно сотрудничающим с МВФ. НАФТА [Североамериканское соглашение о свободной торговле] подписано для того, чтобы снова избавиться от большего количества полномочий национальных государств в Северной Америке и передать власть в руки частных корпораций, стоящих выше наций, Всемирной торговой организации, а затем большого времени Гласса-Стигалла разделение банковского дела США, коммерческого и спекулятивного, нарушено Клинтоном, стипендиатом Родса, последним действующим президентом.
[01:32:42]
А затем, начиная с этого момента, вы становитесь свидетелями появления самого большого ракового образования в сфере деривативов, которое выросло с 2 триллионов долларов в 1992 году до 70 триллионов в 1999 году, к тому моменту превысив ВВП США, мировой… ВВП, и всего 10 лет спустя вы становитесь свидетелями полного дерегулирования внебиржевых деривативов, потому что закон Гласса-Стиголла больше не действует. «Слишком большие, чтобы обанкротиться», становятся больше, чем Бог, или, по крайней мере, они хотят, чтобы мы в это верили. Поэтому мы должны их спасать. Если они обанкротятся, это будет как выстрел в голову. И к 19–2007 годам, когда произойдёт следующий крах, система будет обременена деривативами на 708 триллионов долларов, что намного превышает 15 триллионов ВВП США. В 1992 году Строуб Тэлбот опубликовал свой манифест, в котором говорилось: