Райнер Фюлльмих: [01:42:12]
То есть канадский национал… национализм, по сути, противопоставляет себя британской короне, верно?
Мэтью Эрет: [01:42:23]
По сути.
Reiner F;llmich:
Ладно.
Мэтью Эрет:
По сути, и это — я имею в виду, что это основано на чём-то принципиальном. Это не искусственно. Это действительно основано на праве кормить наши семьи, работать, жить, знаете, на базовых, фундаментальных вещах.
Райнер Фюлльмих: [01:42:34]
Один… последний вопрос… власть лондонского Сити в сочетании с его пятой колонной, Уолл-стрит, — действительно ли это так, правильно ли я понял, что все эти деньги, вся эта власть были способны развязать две мировые войны, Первую и Вторую, при этом финансовые гиганты финансировали обе стороны?
Мэтью Эрет:
О да. О да, безусловно.
FR:
Ладно.
Мэтью Эрет:
Да, мне кажется, что я отнял у тебя слишком много времени, но да.
Райнер Фюлльмих: [01:43:11]
Ладно, это… Я просто хотел убедиться, что не… неправильно вас понял. И, наконец… две мировые войны — у того, кто может… начать две мировые войны, вероятно, не будет проблем — потому что я записал это, когда вы это сказали, — с такими болезнями, как терроризм и торговля наркотиками. Так что, по сути, это тоже началось или было начато этим финансовым монстром, лондонским Сити и Уолл-стрит.
Мэтью Эрет:
Да, и я бы хотел добавить к этому ещё кое-что. Британцы — я… провёл интервью с Алексом Крейнером, основанное на замечательной трилогии, которую он написал о… оригинальном британском проекте нового мирового порядка под… такие люди, как лорд Галифакс, умиротворители Британии, такие люди, как Невилл Чемберлен, которые были частью операции, которая вплоть до 1939, 1940 годов всё ещё хотела создать англо-американский фашистский союз с Гитлером, Муссолини и… другими, чтобы управлять, знаете ли, миром как… новым мировым порядком, и быть проводниками евгенической политики контроля над населением в научно управляемом обществе. Так было задумано вплоть до отстранения Невилла Чемберлена, когда Гитлер превратился в монстра Франкенштейна, который больше не подчинялся приказам и имел более масштабные амбиции, чтобы стать, так сказать, у руля, а не второстепенным исполнителем воли банкиров. И им пришлось изменить стратегию и отказаться от этого плана. Это целая история, но да.
О… олигархия — урок, который я усвоил и хочу, чтобы все усвоили, заключается в том, что ОЛИГАРХИЯ — они МНОГО НАРУШАЮТ. ОНИ НЕ ТАКИ МОГУЩЕСТВЕННЫ, КАК ХОТЕЛИ БЫ, ЧТОБЫ МЫ В ЭТО ПОВЕРИЛИ, а это… знаете, запугивание. Каждый раз, когда вы смотрите на то, что они пытаются сделать, вы понимаете, что это не ново. Они много раз пытались, и обычно это оборачивалось против них и подрывало их авторитет. Поэтому им приходится перестраиваться и пробовать что-то новое.
Райнер Фюлльмих: [01:45:14]
Однако теперь я понимаю, что Вера Шараф, пережившая Холокост, говорит, что не может поверить, что снова борется с теми же людьми, с теми же структурами, с которыми боролась 75 лет назад. Потому что кажется, что то, что произошло тогда, происходит снова. Мэтью, я не хочу мешать моим уважаемым коллегам задавать вопросы, поэтому, пожалуйста, задавайте свои вопросы.
Декстер Рейневельдт:
Я… спасибо вам, большое спасибо за ваши показания. В начале вашего заявления, ваших показаний, которые вы дали, вы говорите о естественном праве. Как мы все знаем, материальное право, которое мы используем в этом большом жюри, — это естественное право. Поэтому я хотел бы узнать у вас, основываясь на всех проведённых вами исследованиях, насколько важно естественное право для выживания человечества? И самое главное, как оно связано с конституционным правом?
Мэтью Эрет:
Спасибо. Декстер, это потрясающий вопрос. Это… очень хороший вопрос. В моем понимании, вся мировая история была сформирована борьбой между двумя искусственными законами — я имею в виду, что человечество — единственный вид, который мы знаем об этом… создает и совершенствует законы систем, вокруг которых мы самоорганизуемся. Другие животные… предопределены своей генетикой, окружающей средой и устройством быть такими, какие они есть, и это здорово. Но люди обладают уникальной способностью создавать концепции и применять их для сознательного управления собственным существованием, а затем снова выявлять проблемы в так называемой невидимой метафизической машине государственного управления и устранять их. Но по какому стандарту мы устраняем их? По какому… Как мы оцениваем созданные человеком законы, чтобы сказать, что этот закон соответствует чему-то, что задумал Бог, а этот не соответствует, не гармонирует, и мы должны его исправить, потому что он незаконен или, как сказал бы Фома Аквинский, является формой насилия?