Райнер Фульмих 1:10:52
Хорошо. Итак, если у кого-то положительный результат теста, это означает только то, что он или она заражены, и даже если это конкретный коронавирус, его может быть очень много, потому что это единственное, на что проводится тест. Он ищет коронавирусы, и это единственное, что он находит. Однако он не может сказать нам, заразен ли этот конкретный человек для других людей. Есть вероятность, но нельзя сказать, означает ли этот конкретный положительный результат теста, что человек заразен и болен COVID-19? Единственный способ выяснить, что вызвало симптомы, и я предполагаю, что нет смысла тестировать людей без симптомов, — это провести дифференциальную диагностику. Верно ли это?
Профессор Ульрике Каммерер 1:11:54
Верно. Обычно этим занимаются врачи. Так что, я думаю, это первый случай в истории, когда молекулярный лабораторный тест ставит диагноз, а все врачи отвлекаются от своей обычной работы, чтобы поставить диагноз.
Райнер Фульмих 1:12:15
Вот и финал —
Профессор Ульрике Каммерер 1:12:16
— потому что этот тест не может этого сделать.
Райнер Фюлльмих 1:12:20
Вот последний вопрос, который у меня есть. Вы сказали, что протокол Корман-Дростен очень ненаучный, и [поскольку] я пытаюсь это объяснить, я сдерживаю гнев, который на самом деле испытываю. Неужели это такой неудачный проект, потому что все люди, работавшие над этим протоколом, не знают, что делают, или это что-то значит?
Профессор доктор Ульрике Каммерер 1:12:53
Что ж, это хороший вопрос. Поэтому я подумала, что они на самом деле не знают, что делают, но это невозможно, потому что это такая распространённая и простая техника, что они должны знать, что делают, особенно эти дальновидные эксперты и короли больших лабораторий??. Это не только Корман Дростен, но и Ольферт Ландт в своей публикации, а его работа заключается в проведении ОТ-ПЦР для коммерческих наборов, так что все они точно знают, что делают, потому что никто на этой должности не может не знать, что с этим тестом связано так много проблем. Так что это должно быть намеренно.
Райнер Фульмих 1:13:36
Итак, вы согласитесь, что, поскольку этот тест так плохо разработан, если вы посмотрите на совокупность доказательств, у нас очень плохо разработанный тест. До того, как тест был опубликован, у нас не было случаев. Затем, после публикации теста, у нас внезапно появились случаи, на основании которых Всемирная организация здравоохранения объявила чрезвычайную ситуацию в области общественного здравоохранения, имеющую международное значение, что стало основанием для применения непроверенных лекарств на людях. Согласны ли вы с тем, что это очень веское доказательство того, что это было использовано для создания дел, для искусственного создания дел из ничего? Я считаю именно так. Вы согласны с этим или в этом нет смысла?
Профессор Ульрике Каммерер 1:14:32
Нет, в этом есть абсолютный смысл, потому что по-другому и не подумаешь.
Вивиан Фишер 1:14:39
Эм, могу я кое-что добавить? Итак, Дростен был свидетелем или экспертом, которого опросили на слушаниях в Бранденбурге, Германия, [проходивших] летом прошлого года, и его спросили, какой порог он считает надёжным в отношении ПЦР-теста, и он сказал, что у нас есть стенограмма, потому что на слушаниях был свидетель. И он сказал, что это примерно 26. Однако в своей статье он предположил, что порог должен составлять около 43. Так почему же он никогда не хотел работать над исправлением своей статьи или над тем, чтобы сделать её по-настоящему известной общественности, настаивая в качестве советника правительства на том, что её нужно, знаете ли, изменить, потому что мы видим, что многие ПЦР-тесты, которые проводились, всё ещё показывали очень высокие результаты, вплоть до 40, и всё это приводило к таким, знаете ли, фальшивым результатам, ложноположительным тестам, а также к большому количеству проблем и ущерба, например, к тому, что люди попадали на карантин без всякой причины. Что вы на это скажете?
Райнер Фульмих 1:15:59
Исправились бы вы как учёный, если бы поняли, что совершили ошибку?
Профессор, доктор Ульрике Каммерер 1:16:05
Обычно да, и особенно в этом случае мы написали сначала письмо, а затем очень длинное видео в журнал Eurosurvillance, в котором была опубликована эта мошенническая статья, и мы хотели, чтобы эта публикация была отозвана, что обычно является научной процедурой. Но даже в этом случае нам отказали в отзыве протокола. Так что да, причины этого никто не знает. Мы можем только предполагать, но обычно мы спрашиваем Кристиана Дростена, почему он так ненаучно работает, не исправляя свой мошеннический протокол ПЦР.