Профессор, доктор Александра Хенрион Кауд 37:19
Что это, если не их невежество?
Декстер Л-Дж. Райневельдт 37:27
Но когда дело касается врача, вы…
Вирджиния Де Араужо Реккиа 37:31
Если вы не против, возможно, мы могли бы добавить несколько пунктов для профессора Хенриона Коуда о Нюрнбергском кодексе. Речь идёт о просвещённом согласии, и я думаю, что это очень важно. Если вы не против, я сопоставлю научные выводы профессора Хенриона Коуда с принципами, которые были определены в 1947 году.
Декстер Л-Дж. Райневельдт 38:02
Уже есть, вы можете продолжить.
Вирджиния Де Араужо Реккиа 38:06
Хорошо. Нюрнбергский кодекс, да, прости, Декстер, я могу продолжить. Да.
Декстер Л-Дж. Райневельдт 38:16
Пожалуйста, продолжайте.
Вирджиния Де Араужо Реккиа 38:18
Спасибо. В Нюрнбергском кодексе международной уголовной юрисдикции представлен список из 10 критериев(фото вверху). Первый из них заключается в следующем: добровольное согласие человека является абсолютно необходимым. Это означает, что заинтересованное лицо должно обладать психической способностью давать согласие, что оно должно быть поставлено в положение, позволяющее ему свободно принимать решения без вмешательства каких-либо внешних сил, мошенничества, принуждения, обмана или других форм принуждения, и что оно должно обладать достаточными знаниями и пониманием того, что происходит, чтобы иметь возможность принять осознанное решение. Таким образом, согласие с возможностью его повторения является основным критерием для чёткого разграничения между жертвой и субъектом с точки зрения уголовного права. Профессор Хенрион Коуд, с вашей точки зрения, можем ли мы считать, что люди, которым вводят так называемые вакцины против COVID, дают настоящее осознанное согласие, исходя из того, что вы сказали?
Профессор, доктор Александра Хенрион Кауд 39:43
Да, это так.
Вирджиния Де Араужо Реккиа 39:46
Вы думаете, что они дали очень осознанное согласие на вакцинацию от COVID.
Профессор, доктор Александра Хенрион Кауд 39:57
Нет, они не давали осознанного согласия, они не были осведомлены, поэтому не могли этого сделать. Поэтому я думаю, что из-за их, как мне кажется, невежества они не могли, они не были в состоянии информировать пациентов.
Вирджиния Де Араужо Реккиа 40:29
Итак, они являются жертвами, потому что не могут быть объектами эксперимента, если не дали осознанного, настоящего согласия.
Профессор, доктор Александра Хенрион Кауд 40:44
Итак, в основном, жертвами являются врачи. Жертвами были врачи, которые, по некоторым данным, делали инъекции, не имея необходимых знаний, а также сами жертвы, потому что у них не было информированного согласия.
Декстер Л.-Дж. Райневельдт 41:08
Могу я быстро зайти туда, и я думаю, что это очень, очень важно, доктор, потому что нам нужно провести это разграничение, потому что вы на самом деле определили два типа жертв. Одна из жертв, которую вы определили, — это врач, который на самом деле вводит эту экспериментальную мРНК ничего не подозревающим гражданам. Это первая жертва, о которой вы сказали. Второй класс жертв, который вы определили, — это, в конечном счёте, пациент как таковой. Итак, я хочу сказать, что, по моему мнению, и это первый класс, вы можете сказать мне, согласны ли вы со мной, что, когда дело касается врача, врач ни при каких обстоятельствах не может ссылаться на незнание, исходя из четырёх основных этических принципов, о которых я вам рассказал, и что каждый из них, что бы они ни вводили или ни выписывали, должно быть на благо пациента. Таким образом, врач, который не проводил исследования ни в одной стране мира, вводя эту мРНК, теперь, когда у нас есть доказательства, что она даже не прошла вторую фазу испытаний, этот врач не может ссылаться на незнание, и он должен понести ответственность. Вы согласны со мной в том, что я сказал, доктор?
Профессор, доктор Александра Хенрион Кауд 42:37
Не совсем, потому что, как я сказала в своей презентации, я думаю, что мы столкнулись с беспрецедентной ситуацией. То есть давление, которое оказывали на врачей, чтобы они делали прививки людям, было настолько сильным, что я не понимаю, как они могли или где они могли искать информацию. А информации, которую они получали, было недостаточно, чтобы получить свои данные. Вот почему я действительно считаю, что это беспрецедентная ситуация.
Профессор Сучарит Бхакди 43:35
Могу я, Декстер,
Декстер Л-Дж. Райневельдт 43:37
Большое вам спасибо за это, доктор. Что касается вас, профессор Бхакти, я (неразборчиво) к вам прямо сейчас. Итак, вы вкратце объяснили, что, по вашему мнению, это беспрецедентно, и это ваше доказательство. Это означает, что в каком-то смысле эти врачи имеют право быть невежественными, хотя я с этим категорически не согласен. Потому что, будучи врачом, вы действительно стараетесь сделать всё возможное, чтобы позаботиться о благополучии своих пациентов. И ваш долг, даже когда речь идёт о пандемиях и эпидемиях или о любых других болезнях, — проводить тщательные исследования и консультироваться со всеми, с кем нужно. И в этом-то и проблема, потому что всё было сведено к Всемирной организации здравоохранения. В каждой стране есть министры и министерства здравоохранения, которые действуют сообща. Но я просто хочу сказать,