Итак, во-первых, для тех, кто не знаком с этим: внутри эпителия часто находятся вытянутые клетки, которые не являются эпителиальными, и мы называем их дендритными клетками. Они участвуют в иммунном распознавании и иммунном надзоре. И здесь вы можете видеть, что эти дендритные клетки в бронхоэпителии сильно окрашены белком-шип, в то время как эпителиальные эндотелиальные клетки мелких сосудов окрашены очень слабо. И, наконец, здесь, на биопсии кожи, вы можете хорошо видеть то, что мы могли бы назвать гранулематозной реакцией под кожей. И это находится на стадии дальнейшего расследования, мы не использовали спайковый белок в этих случаях. Итак, когда мы проводили эти обследования, все случаи были осмотрены двумя патологами, и другие патологи также видели все проблемные изменения. И снова и снова мы спрашивали себя: "Ну что, мы преследуем призрак?" Это действительно правда? Мы посмотрели друг на друга? И сказали: "Ну, ты тоже это видишь?" Видите ли вы это явление? Видите ли вы, что эта артерия — явление луковой кожи? И вот мы пришли к выводу, что нет, мы не гонимся за призраком. Дальнейшие исследования необходимы и провокационны. Большое вам спасибо.
Райнер Фульмих 3:31:40
Всего один вопрос, профессор Буркхардт. Когда вы увидели экспрессию белка-шипа в органах и клетках, можете ли вы исключить вероятность того, что он попал в организм каким-то другим способом, кроме вакцинации?
Профессор доктор Арне Буркхардт 3:32:02
Что ж,
Райнер Фульмих 3:32:04
Есть ли вероятность, что есть другой способ?
Профессор, доктор Арне Буркхардт 3:32:07
Что ж, у некоторых людей возникла мысль, что у этих людей могло быть то, что вы называете настоящей инфекцией, вызванной коронавирусом, но, во-первых, большинство этих людей умерли внезапно, они просто потеряли сознание. И я никогда не слышал о коронавирусной инфекции, при которой у людей не было бы более серьёзных проблем с дыханием, и так далее, и тому подобное. Но сейчас мы проводим исследования нуклеокапсида. И очень скоро мы получим результаты.
Райнер Фюлльмих 3:32:54
Большое вам спасибо. Коллеги, прежде чем мы приступим к обсуждению и зададим ещё несколько вопросов, давайте выслушаем нашего последнего эксперта по этой теме. Профессор Бергхольц, если вы не против. Профессор Бергхольц.
Профессор доктор Вернер Бергхольц 3:33:22
Теперь, я полагаю, вы меня слышите?
Райнер Фульмих 3:33:24
Да.
Проф. Доктор Вернер Бергхольц 3:33:25
И у меня есть презентация. Теперь, когда я её прослушал, оказалось, что то, что я подготовил, в каком-то смысле, возможно, является хорошим обобщением того, что мы услышали сегодня. Давайте посмотрим. Сначала мне нужно перейти к демонстрации экрана. Вот так. Сколько у меня времени?
Райнер Фульмих 3:33:58
У нас немного не хватает времени.
Профессор доктор Вернер Бергхольц 3:34:02
Да. Как обычно. Итак, теперь я переключаюсь в режим полной презентации, если мой компьютер это поддерживает, и я надеюсь, что это сработает. Теперь вы видите полную презентацию?
Райнер Фульмих 3:34:21
Да.
Профессор доктор Вернер Бергхольц 3:34:22
Хорошо. Значит, я не медик? Как я оказался в этой группе? Ну, моя заслуга в том, что я занимаюсь вопросами качества и управления рисками уже около 20 лет, если не больше, и я также преподавал это в университете. Я также проводил исследования и имею около 17 лет опыта работы в промышленности. Итак, то, что Майк сказал о масштабировании, было как раз по моей части, и я вернусь к этому позже. Я пропущу этот обзор. Теперь поговорим о качестве. Почему это важно? Я внимательно изучил просочившийся в сеть контракт с Pfizer, и где-то там было сказано, что качество продукта и тестов должно постоянно проверяться, а также должна соблюдаться надлежащая производственная практика. Пока всё хорошо, ничего необычного. А теперь начинается самое интересное. Что там говорится о возмещении ущерба. То есть, если возникает какая-либо проблема, обычно производители освобождаются от ответственности за любой ущерб, но это не относится к существенному нарушению надлежащей производственной практики.