Таким образом, в Соединённых Штатах к концу 2018 года необеспеченные пенсионные обязательства выросли до 5 триллионов долларов. И это только необеспеченные обязательства, то есть сумма денег, которую должны выплатить все люди, вышедшие на пенсию или собирающиеся на пенсию, но у которых нет денег на это. Поэтому им приходится рассчитывать на новых людей. Но их недостаточно. И они никогда не решат эту проблему. Итак, это серьёзная проблема. Другая серьёзная проблема заключается в том, что государственный долг резко вырос. В Соединённых Штатах он вырос с 1 триллиона долларов в 1981 году до 30 триллионов всего за неделю или две недели. Сейчас я покажу вам диаграмму, которая поможет вам понять контекст. Но по-настоящему серьёзная проблема заключается в том, что если вам 65 лет или сколько там вам до пенсии, и вы хотите начать получать пенсию, а её нет, то она может быть для вас, но что будет с другим человеком в следующем году? Что произойдёт с этими правительствами, когда десятки миллионов людей по всему миру проснутся и поймут, что их пенсий не существует, что их никогда не выплатят? И я бы сказал, что происходит следующее: центральные банки, гигантские корпорации, крупные технологические компании — все они сотрудничают, чтобы подтолкнуть всех к переходу на цифровые валюты и перезапустить систему до того, как это произойдёт.
Вот график того, что происходит с государственным долгом США. Вы видите, что произошло, как он вырос из того, что было вполне управляемым на протяжении многих десятилетий. Я имею в виду, что нам потребовалось 230 лет, чтобы достичь 1 триллиона, а затем 42 года, чтобы достичь 30 триллионов. Сейчас в Европе государственный долг не такой большой. Но ситуация с финансовой системой и пенсионными фондами гораздо хуже. Я упомянул, что американские банки списали свои банковские долги, а европейские — нет. И они не списали, потому что вся структура Европы устроена иначе. И ни одна страна не хочет спасать другую страну. Поэтому банки оставили эти проблемные долги на своих балансах. В октябре и сентябре 2019 года произошёл финансовый кризис. И случилось так, что американские банки не захотели участвовать в так называемом овернайт-окне со своими европейскими коллегами. И это потому, что они не хотели брать на себя так называемый риск контрагента. Существует так называемое овернайт-окно, в котором банки могут размещать средства. И американские банки не хотели иметь дело с европейскими банками, такими как Deutsche Bank, потому что у них были огромные обязательства по всем этим проблемным долгам, которые они не списали. Кроме того, у них были огромные риски по деривативам. Поэтому американские банки заявили, что не будут с вами работать, и процентная ставка по однодневным кредитам выросла до 10 %. Обычно она очень-очень близка к нулю, но подскочила до 10 процентов. И это означало, что ФРС пришлось вмешаться и начать оказывать поддержку всем банкам и странам по всему миру, потому что система была на грани краха. И это никуда не делось. Так что в основном это продолжается до сих пор. Но это был настоящий сигнал к действию, что им нужно что-то делать, и делать это нужно быстро. Это было в сентябре-октябре 2019 года.
Теперь перейдём к Европе. Как я уже упоминал, с 2014 года у них отрицательные процентные ставки. А это значит, что, как я уже упоминал, пенсии не могут покрывать свои обязательства, они на грани банкротства. В Европе 44 триллиона евро необеспеченных государственных пенсий, это почти 50 триллионов долларов. И на четыре крупнейшие экономики — Германию, Францию, Италию и Испанию — приходится 32 триллиона из них. Это ошеломляет, они никогда не смогут выполнить эти обязательства перед, не знаю, 100 миллионами европейцев, этого никогда не произойдёт, они не смогут и дальше тянуть эту долговую лямку. И именно поэтому я считаю, что всё происходит именно так. Для меня это повод для «большой перезагрузки», для использования COVID в качестве прикрытия. Долг Великобритании составляет около 8,7 триллиона долларов. И они никогда не выберутся из этой ситуации. Но есть и другая сторона вопроса: Европейский центральный банк владеет более чем 40 процентами всего непогашенного государственного долга в еврозоне. У них больше нет рынка облигаций, потому что они его уничтожили, так что нет маржинального покупателя, когда им приходится продлевать срок погашения долга. По сути, своей политикой они загнали себя в угол. Вот что произошло в Европе, начиная с 1995 года. Потому что это Европейский союз. Конечно, если бы вы заглянули в прошлое, когда эти страны ещё не были частью Союза, то увидели бы, что это очень, очень похоже на график США.