Лесли Манукян 2:10:58
Да, Патрик, это такой сложный вопрос, и большинство людей даже не понимают. Дериватив — это, сложно объяснить, я имею в виду, что некоторые люди даже не понимают, что такое акции или облигации. А дериватив — это то, что получает свою стоимость от базового инструмента, но в нём есть компоненты времени, волатильности и другие компоненты, которые влияют на его стоимость. И я немного расскажу об этом, чтобы люди хотя бы немного понимали, о чём идёт речь. Это буквально дамоклов меч, нависший над всеми. И вот как это работает. 600 триллионов долларов — это, знаете ли, за пределами понимания любого из нас, насколько это много для финансовых рынков. Я не могу сходу вспомнить, насколько велики мировые рынки государственных облигаций или фондовые рынки, но я знаю, что мировые рынки облигаций примерно в пять раз больше фондового рынка. И это число, этот производный инструмент, затмевает мировые рынки облигаций. И причина, по которой это так важно, заключается в том, что происходит, когда банк или корпорация выпускают облигации или правительство выпускает облигации. Происходит следующее, и именно поэтому возникла проблема с ипотекой: банк выдаёт кредит заёмщику, а затем банк продаёт облигацию, продаёт кредит кому-то другому. А затем этот другой человек, этот другой игрок берёт эти кредиты, объединяет их, чтобы они стали инвестициями сверхвысокого инвестиционного уровня, объединяет их и продаёт населению. И вот что произошло: люди начали понимать, что это был мусор, буквально мусор, это вообще не было инвестиционным инструментом. И это грозило обрушить всю финансовую систему.
И теперь мы имеем дело с деривативами на сумму более 600 триллионов долларов. И те же самые факторы играют свою роль. Но ситуация хуже, потому что это происходит не только в Соединённых Штатах или в Европе. В последние 10 или 15 лет страны с развивающейся экономикой выпускали долговые обязательства в долларах. Хорошо, они выпускали их в долларах, но им приходится выплачивать их в долларах. Если один из них объявляет дефолт, или если вы видите один из этих деривативов, по этим деривативным соглашениям наступает дефолт, когда кто-то купил пут, который является опционом на продажу облигации. Если одна из этих вещей рухнет, у вас возникнет глобальная инфекция, которая поставит все на колени. И таким образом, это еще один способ, которым происходят две вещи. Во-первых, они поддерживают работу системы с помощью этих производных. Во-вторых, они зарабатывают огромные деньги, потому что люди просто платят им за покупку опционов или производных от этих базовых активов. И если упадёт одно маленькое домино, то рухнет весь карточный домик. Итак, я знаю, что стараюсь говорить как можно проще, но это действительно очень важный вопрос, на который потребуется много времени, чтобы по-настоящему разобраться, и, честно говоря, я не в курсе всех аспектов того, как он проявляется на рынках сегодня. Но я могу сказать вам, что это то, что создало бы огромную проблему во всём мире, если бы вы увидели только одну вещь, и в прошлом были тому доказательства. Я имею в виду, что я был на финансовых рынках во время так называемого Долгосрочного кризиса управления капиталом, в котором участвовали “самые умные ребята” в зале. Именно все эти гениальные математики создали модели для инвестирования, и они инвестировали в Россию, говоря, что у них никогда не будет дефолта. И то, что произошло на самом деле, был дефолт, а затем он стал заразным. И на всех этих других рынках произошло то же самое. Мы также были свидетелями распространения азиатского рыночного кризиса, и поэтому, на ваш взгляд, когда у вас есть такая сумма денег, которой нет ни у кого на балансе, никто не признает риск и нигде не учитывает его, если одна или две из этих операций обанкротятся, и это точная причина, по которой банки США не стали бы иметь дело с Deutsche Bank, потому что у них было так много рисков по производным инструментам, триллионы, я забыл, какая сумма была у Deutsche Bank, но они сказали, что мы больше не собираемся иметь с вами дело, потому что они знали, что это карточный домик, ожидающий своего часа. рухнуть в обморок. И всё, что для этого нужно, — это крах какого-нибудь банка или страны, который вызовет масштабную цепную реакцию по всему миру.