Пропаганда и цензура в конечном счёте ведут к саморазрушению. Люди больше не получают информацию из основных СМИ, а обращаются к альтернативным.
Пренебрежение или отказ СМИ обращать внимание на различные факты, которые усложняют официальную версию событий, непростительны. Даже сейчас нет оправдания тому, что они повторяют заявления о безопасности и эффективности вакцин. Они определённо несут совместную ответственность.
Миллера спрашивают, что не так с такими людьми, как Ноам Хомский, которые во время пандемии оказались не на той стороне баррикад. Миллер говорит, что, когда Хомский выступил с заявлением о том, что непривитых нужно задерживать, а снабжение продовольствием — это их проблема, он счёл это шокирующим заявлением. Хомский очень долго служил весьма сомнительным целям. Те темы, на которых Хомский написал свои самые важные работы, важны только для левых. Были темы, которые волновали всё население. Темы, вокруг которых действительно честное расследование могло вызвать массовое сопротивление, например, убийство Кеннеди (убийства Кеннеди). Во всех таких случаях Хомский открыто пренебрежительно, даже насмешливо отзывался о них.
Миллера спрашивают о моральном коллапсе в журналистике, о котором он говорил, и, возможно, о других институтах в более широком смысле. Те, кто придерживается правых взглядов, кажутся более стойкими, и многие из этих людей утверждают, что руководствуются Богом, являются христианами или верующими. Согласен ли Миллер с тем, что журналистика разделяется по духовным принципам. Миллер согласен. Гораздо легче разговаривать с людьми правых взглядов и религиозными людьми, гораздо легче разговаривать с либертарианцами. Легче разговаривать с людьми, которые находятся в привилегированном положении, с людьми, которые с определённым скептицизмом относятся к государственной власти. Левые никогда не относились с подозрением к государственной власти. Людям нужно признать, что все власти, все люди, которым они доверяли, на самом деле злонамеренны. За этим стоит злонамеренность. Люди не смогут проснуться, пока не столкнутся с этим.
Ulrike K;mmerer
Профессор Кеммерер выступила в СМИ с презентацией, которая дополняет её предыдущие показания перед Большим жюри. Появились новые публикации, важные с юридической точки зрения.
Ухань — это официальное начало ситуации. Первый урок, извлечённый из очень масштабного исследования 10 миллионов человек, у которых методом ОТ-ПЦР была выявлена РНК SARS-CoV-2, был опубликован в Nature Communications, и главный вывод из него заключается в том, что не существует ни бессимптомных инфекций, ни заразности (передаваемости) от людей без клинических симптомов. Они обнаружили, что только 300 из 10 миллионов жителей дали положительный результат, что соответствует 0,003 %, поэтому у них была очень чёткая стратегия тестирования с очень хорошим контролем. Из положительных случаев ни у одного человека не было вируса, способного к репликации. И ни один из выявленных положительных случаев их тесных контактов не стал симптоматичным или вновь подтвержденным COVID-19 в период изоляции. Таким образом, не было никакого заболевания, и в этом очень крупном исследовании не было передачи заболевания только в ПЦР-положительных случаях. Это указывает на то, что бессимптомные положительные случаи вряд ли были заразными. Следовательно, нет необходимости изолировать положительные случаи от остальной части населения.
В другой публикации журнала Lancet говорится, что смертельные случаи могут происходить, но преимущественно у пожилых пациентов с сопутствующими заболеваниями. Это было хорошо известно в начале пандемии.
В третьей публикации, посвящённой урокам Уханя, задаётся вопрос: куда делся грипп? Итак, вот что: у большинства пациентов с COVID-19 была сопутствующая инфекция, вызванная вирусами гриппа. Таким образом, часто у человека бывает не один вирус, а два или даже больше вирусов, которые можно обнаружить, если поискать. В этой публикации только 42 % пациентов с типичными симптомами были заражены только SARS-CoV-2; 50 % в дополнение к этому были заражены гриппом типа A, то есть двумя вирусами; а 7,5 % в дополнение к этому были заражены гриппом типа B. Таким образом, по симптомам нельзя определить, вызваны ли они вирусом SARS-CoV-2 или вирусом гриппа. У пациентов, заражённых вирусом гриппа типа B, был самый неблагоприятный исход.
Что общего было у пожилых пациентов, так это то, что у всех была пневмония, и именно от неё они умирали. Пневмония не является чем-то особенным для вирусов SARS-CoV-2. У пожилых людей всегда был высокий риск заболеть пневмонией, ничего особенного.