Ульрике Кеммерер: Именно в этом и заключается суть. Потому что, с одной стороны, может быть несколько возбудителей, вызывающих симптомы, и из-за базовой технологии ПЦР вы никогда не сможете сказать, что это вирус, способный к репликации. И все это знали.
Райнер Фюлльмих: Это очень важно. Потому что они это записали, а значит, это свидетельствует о преднамеренном действии. Вот второй пункт: это не исключает заболеваний, вызванных другими бактериальными или вирусными патогенами. Опять же, это означает, что для того, чтобы выяснить, что на самом деле вызвало симптомы — а вам снова нужны симптомы, — вам нужно провести дифференциальную диагностику или мультиплексное тестирование. Так что опять же нет смысла проводить массовое обследование бессимптомных людей, потому что эти люди предположительно здоровы. Верно?
Ульрике Кеммерер: Да, несколько лет назад в Нью-Йорке проводилось тестирование здоровых туристов, и у них случайно обнаружили все вирусы, которые были у здоровых туристов, посещавших туристические места в Нью-Йорке. Так что в этом нет смысла.
Виржини де Араужо Реккиа: Для меня новым моментом стало то, что существуют двойные вирусные инфекции. Во Франции нам говорили, что обычный грипп исчез. Так что теперь это очень хорошо демонстрирует, что существует ложное представление и что они искали признаки COVID-19, что пациенты вероятно, болели другими вирусами гриппа. Так что многих людей можно было вылечить. Я не знаю, во всех ли странах говорили, что обычный грипп исчез, но теперь мы узнали, что это не так.
Ульрике Кеммерер: Это правда, ни один из этих других вирусов не исчез. До 2020 года все эти заболевания просто называли гриппом, и их не тестировали, они могли быть вызваны несколькими типами вирусов. Все лёгкие заболевания называли простудой. Поэтому с тех пор, как мы начали тестировать только на SARS-CoV-2, никто не тестировал на грипп и другие заболевания. Если вы называете всё COVID, то врачи контролируют все остальные аспекты.
Райнер Фюлльмих: Ещё один вопрос. Правильно ли будет сказать, что если вы используете тест, который выявляет только коронавирус, то единственное, что вы обнаружите, — это коронавирус и ничего больше? И правильно ли будет сказать, что это ошибка в диагностике?
Ульрике Кеммерер: Ну, как биолог, я, конечно, не могу назначать лечение, но, как правило, нет разницы в лечении вирусной пневмонии или респираторных заболеваний. Потому что до сих пор не существует специфического лечения. Дифференциальная диагностика имеет смысл только в том случае, если это вирус, бактерия, грибок, амёба или хламидийная инфекция, потому что в зависимости от группы патогенов существуют разные протоколы лечения.
Вивиан Фишер: В Германии мы проводили лабораторное тестирование с помощью «робин-теста». Там они тестировали, по сути, только с помощью водного зонда и зондов с другими коронавирусами, безвредными коронавирусами. Просто чтобы посмотреть, насколько эффективен этот тест, и оказалось, что 1,6 % воды дали положительный результат, по-видимому, показывая «вредный» вирус SARS-CoV-2; и я думаю, что у безвредного коронавируса положительный результат составил 7,6 %. Это показывает, что помимо того, что у людей может вообще не быть SARS-CoV-2, тесты дают положительный результат на другие вирусы, что ещё больше усугубляет путаницу.
Ульрике Кеммерер: Один важный момент — другие коронавирусы не безвредны. От них тоже можно умереть. Можно умереть даже от обычных риновирусов. Обычные коронавирусы тоже могут нанести вред. Но это вопрос загрязнения и, конечно, реактивности. Это касается, в частности, конструкции ПЦР-теста, он перекрёстно-реактивен, но основным источником ложноположительных результатов являются так называемые процедуры обработки. Массовое тестирование дает много ложноположительных результатов.
Дипали Оджа: В чём разница между экспресс-тестами на антигены и ПЦР-тестами? Дело в том, что в Индии было время, когда правительство разрешало людям использовать экспресс-тесты на антигены, результаты которых приходили очень быстро, может быть, на следующий день, и людям было проще продолжать свою деятельность. Но затем появилось новое правило при использовании экспресс-тестов на антигены: если тест на антигены положительный, можно пройти ПЦР-тест, и результат ПЦР-теста будет иметь приоритет над результатом теста на антигены. Не могли бы вы поделиться своим мнением по этому поводу?
Ульрике Кеммерер: В Германии то же самое. Итак, антиген — это белок. Внутри вируса есть нуклеиновая кислота, а также белок-шип, например. Кроме того, есть белки, покрывающие нуклеиновую кислоту, ядерные белки. Части таких белков называются антигенами. Экспресс-тесты на антигены выявляют белковые части вируса. Итак, у вас есть эта система с латеральным потоком, эти пластиковые кассеты, в которые вы помещаете образец, а затем в этой камере у вас есть антитела, которые связываются с белком вируса, если он есть. Это вызывает цветовую реакцию в области теста. Экспресс-тест на антиген выявляет белок. Чтобы тест был положительным, нужно больше белка, и если этот тест на антиген действительно положительный, потому что с этим тестом много проблем, то при наличии кислоты, например колы, тест будет положительным. Таким образом, в качестве подтверждающего теста они попросят провести ПЦР. Как и ПЦР, тест на антигены не может подтвердить наличие вируса, способного к репликации.