[Первые две] мировые войны были жаркими, громкими войнами. Теперь они, похоже, уступили место более изощрённой и в то же время гораздо более эффективной «тихой» войне — пандемии вируса, которая, как оказалось, всё ещё находится под контролем военных, как мы увидели в деле информатора Брука Джексона о компании Pfizer, которое внезапно показало, что Министерство обороны руководило медицинскими испытаниями Pfizer. В ходе судебного разбирательства компания Pfizer неожиданно выступила в свою защиту, опровергнув обвинения в том, что она провела фиктивное исследование, подтасовала все результаты, уничтожила контрольную группу и скрыла данные, которые показывают, насколько опасным и неэффективным был их препарат. Мы не должны были следовать каким-либо правилам. У нас было специальное соглашение, так называемое OTA, соглашение о других транзакциях с Министерством обороны, по которому мы поставляли им прототипы.
Первым мероприятием, которое привело к нынешней пандемии коронавируса, была, как мы узнали от подполковника в отставке Джима Буша, военная операция «Тёмная зима» в 2001 году. Затем в 2010 году последовала операция «Шаги в ногу», проведённая Фондом Рокфеллера, и, наконец, «Событие 201», организованное «обычными подозреваемыми»: Всемирным экономическим форумом, Фондом Билла и Мелинды Гейтс и Центром безопасности здравоохранения Джона Хопкинса. Эта идея ведения войны с помощью пандемии также привела к тому, что ВОЗ заменила танки, ракеты и ручные гранаты в качестве основного инструмента для создания всемирной паники, объявив пандемию. Или, как они предпочитают называть это, используя более сложную и важную формулировку, чрезвычайную ситуацию в области общественного здравоохранения, имеющую международное значение, аббревиатура которой [PHEIC] неслучайно — они смеются над нами — произносится как «фейк».
Доктора Штукельбергер и Берендт, бывшие сотрудники и советники ВОЗ, рассказали нам, что у них не было никаких случаев, когда они хотели реализовать свою давно запланированную программу в начале 2020 года. Поэтому они использовали подставного немецкого профессора Дростена, который должен был потерять доверие во время свиного гриппа, который в итоге оказался всего лишь лёгким гриппом, поскольку его моделирование было таким же оторванным от реальности и не имеющим ничего общего с действительностью, как и моделирование Нила Фергюсона из Великобритании. Тогда, как и сейчас, они прогнозировали сотни тысяч, если не миллионы смертей, если люди [не] будут вакцинироваться. Тот самый Дростен, который так позорно провалился во время свиного гриппа, снова был готов выполнять их приказы. Он подчинился и создал случаи, которые были нужны для объявления чрезвычайной ситуации в области общественного здравоохранения, имеющей международное значение.
Сначала он придумал ложь о бессимптомном течении болезни, которая легла в основу массового ПЦР-тестирования совершенно здоровых людей, а затем, конечно, ключевую ложь о том, что его вариант ПЦР-теста может выявить инфекцию, то есть сказать нам, кто заражён вирусом и, следовательно, опасен, то есть заразен для окружающих. Профессор Камерер, доктор Пехлебах, профессор Кэхилл и доктор Майк Йидон подробно объяснили нам, что ПЦР-тест ни при каких обстоятельствах не может ничего сказать нам об инфекции, так как он не может отличить мёртвую материю от живой. Если у человека положительный результат теста, это может быть связано с тем, что тест выявляет старые остатки успешной борьбы организма с гриппом или простудой, которые очень часто содержат коронавирус. И он никогда не выявляет целый вирус, который необходим для заражения. Он выявляет только фрагменты, последовательности вируса, поскольку то, что берётся из мазка, полностью уничтожается перед отправкой в аппарат для тестирования.
Хуже всего то, что они сказали нам, что гениальный и остроумный лауреат Нобелевской премии Керри Муллис целенаправленно злоупотреблял своим научным инструментом — ПЦР-тестом — для создания случаев из ничего. Дростен, чья версия ПЦР-теста, которая затем послужила образцом для всех остальных ПЦР-тестов и была рекомендована ВОЗ всему миру в качестве золотого стандарта для выявления инфекций, установил 45 циклов амплификации — 45 циклов амплификации, — что буквально гарантировало создание случаев, но только ложноположительных. Доктор Майк Йидон заявил, и все остальные представители научного сообщества подтверждают это, а также сам подсудимый Фаучи, что при 35 циклах амплификации вы получаете примерно 90 процентов ложноположительных результатов.