Вакцина DARPA Defuse стоимостью 14 миллионов долларов была безопасной, но дорогостоящей. В ее основе лежала технология, не предполагавшая передачу вируса, что требовало дорогостоящего применения в полевых условиях в отдаленных пещерах, где обитают летучие мыши. В мае 2018 года Управление перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США отклонило заявку, в том числе из-за того, что стоимость вакцины была на 50 % выше, чем у конкурирующих технологий, предполагающих передачу вируса, также известных как самораспространяющиеся, заразные и самозаражающиеся вакцины.11 Из-за своей новизны вакцины для животных, передающие вирус, не подлежат контролю на предмет усиления функции.
Руководитель программы DARPA заявил, что сотрудники Национального института здравоохранения (NIH) участвовали в оценке этих новых вакцин в 2018 году.12 В период с 2015 по 2020 год Национальный институт здравоохранения финансировал множество исследований самораспространяющихся вакцин.132 Лаборатория Винсента Мюнстера в Скалистых горах в Монтане, один из первоначальных поставщиков в рамках программы DARPA по обезвреживанию ядерного оружия,124 выиграла два из пяти проектов DARPA, связанных с масштабируемой технологией самораспространяющихся вакцин.13
В рамках проекта Defuse Барик предложил заразить живых китайских летучих мышей геномом WIV1, но эти планы были реализованы только в Монтане. В декабре 2018 года, после того как заявка DARPA на участие в проекте Defuse была отклонена, Барик и Мюнстер опубликовали совместное исследование с использованием египетских летучих мышей (Rousettus aegyptiacus) и генома WIV1 — одного из любимых проектов Барика, — но заразить их не удалось. Они пришли к выводу, что для преодоления видового барьера ACE2 необходимы «внутриклеточные протеазы» или участок расщепления фурином. 14 Клетки летучих мышей также содержат ферменты, подобные фурину.15
В статье Defuse Барик предложил добавить сайт расщепления фурином (FCS) на границе S1/S2 нового сарбековируса — такая особенность есть только у SARS-CoV-2. В 2018 году в Университете Северной Каролины была определена последовательность FCS SARS-CoV-2 (RRAR/SVAS) в ходе исследований с использованием ENaC.16 В марте 2018 года Барик получил разрешение Комитета по институциональной биобезопасности (Institutional Biosafety Committee, IBC) на проведение экспериментов с использованием ENaC на эпителиальных клетках дыхательных путей человека.17
QTQTNS_____RSVASQ (RaTG13)
QTQTNSPRRARSVASQ (исследование UNC ENaC 2018 года; обнаружен в SARS2)
QTQTNS_____RSVASQ (лаосская баналь-52)
Ши выделил RaTG13 в 2013 году при финансовой поддержке Национального института здравоохранения США.111 Несмотря на то, что в 2018 году RaTG13 не был опубликован, его уникальный участок R/SVAS фигурировал в исследовании ENaC Университета Северной Каролины, что указывает на наличие доступа к нему ранее.18 В 2015 году Барик искал белок-шип коронавируса, который на 25 % отличался бы от SARS-CoV-1, и RaTG13 соответствовал этому критерию.19 В проекте Defuse Барик стремился создать консенсусную последовательность с отклонением от RaTG13 не более чем на 5 %. Отклонение SARS-CoV-2 составляет 3,9 %.20
Как и RaTG13, исследователи собирали образцы, похожие на BANAL, еще до пандемии. В 2017 году Министерство обороны США профинансировало программу по сбору подковоносых летучих мышей (Rhinolophus) в Лаосе, но результаты так и не были опубликованы.21 После пандемии — уже без финансирования со стороны США — та же команда из Лаоса собрала летучих мышей в тех же местах, где были зафиксированы GPS-координаты. В 2022 году Институт Пастера опубликовал результаты исследования, согласно которым лаосский штамм BANAL-52 имеет 96,8 % геномного сходства с SARS-CoV-2 и 3,2 % различий. 22
Другими словами, ближайший предшественник SARS-CoV-2 был обнаружен американскими военными в 2017 году. К октябрю 2018 года Барик опубликовал в журнале Nature статью о живой аттенуированной вакцине против летучих мышей, в которой упоминалась шахта Моцзян, где был найден образец RaTG13. Он описал «уникальный мотив последовательности» (UGGUCGC), предотвращающий рекомбинацию. Этот мотив (CRG7) находится в начале открытой рамки считывания (ORF1a) в RaTG13, BANAL-52 и SARS-CoV-2.23
В конце 2019 года Барик опубликовал исследование, в котором описал сайт расщепления фурином RXXR.24 В его статье упоминался инфекционный клон MERS-MA30 2017 года, который был назван «точным молекулярным прототипом SARS-CoV-2».25 Примечательно, что сайт расщепления фурином SARS-CoV-2 имеет последовательности, схожие с MERS-MA30, что указывает на возможность генной инженерии.