Я тяжело дышу. Смотрю вниз и, отказываюсь верить, что то, что сейчас находится подо мной и дёргается в конвульсиях, это — моих рук дело.
С лезвия моего меча медленно стекают капли крови этой твари. Тяжелые, как пятикопеечные монеты.
Только сейчас до меня доходит, как сильно я тупанул. Если бы кровь этого существа обладала такой же кислотностью, как и чёрная жижа, которую оно, видимо хранило в тех баллонах за спиной, то я бы сам себя приговорил к мучительной смерти от растворения.
Или же… И снова у меня в голове, как вспышка, появляется мысль, что эта субстанция утратила свою активность. Изменила химический состав, чтобы… Чтобы что?..
Едва я об этом подумал, как кровь твари, которая попала на моё тело, вспыхивает призрачным огнем, таким, знаете, синего цвета. Почти неразличимым для глаза, но он меня жжет! Жжёт, как настоящее пламя, будто меня бросили на раскаленные угли и поджаривают заживо.
Я пытаюсь сбить пламя, но оно только разгорается всё сильнее и сильнее. Я бросаюсь наземь, катаюсь по ней, пытаясь сбить этот огонь, но это всё равно, что тушить раскаленное масло водой.
От боли я уже не могу кричать. Эта пытка выходит за всё, что я испытывал до сих пор, и я умираю, медленной и мучительной смертью, заодно наблюдая, как существо, которое я, только что расчленил, разделал, как мясник, снова собирается заново!
Кусок к куску! Плоть к плоти!
И вот, оно уже ползет ко мне, впиваясь в грязь щупальцами, а из обрубка шеи снова вылезает паразит, с этой пастью в виде раскрытой щели полной острых и крючковатых зубов, которые, вот-вот, вопьются в моё тело!
«Так себе конец, — думаю я, — ты сам в это влез, и мне некого в этом винить, кроме самого себя!»
Ко мне приближается моя смерть, и теперь я стану кормом для очередной твари Сотканного мира, которая превратит меня в питательную жижу, чтобы продлить своё существование за мой счёт.
Только если… всё это… не является частью игры. Игры, в которой я…
Я не успеваю додумать, как тварь до меня доползает. Обхватывает своими щупальцами. А дальше, я отказываюсь верить в увиденное.
Туловище существа расходится в стороны, от шеи до низа живота, будто, кто-то, расстегнул невидимую молнию, а сам корпус провернулся на шарнире. Рёбра твари превращаются в когти, и на меня надвигается эта супер-пасть, вся внутренняя часть которой заполнена шевелящейся массой тёмно-серого цвета, для которой я — пища!
Эпизод 27. Системный сбой
Едва тварь на меня наползает, как огонь, который обхватил уже всё моё тело, исчезает. Тухнет, словно его и не было, или он — живой, и подчиняется воли этого существа.
Крутая фича! Попробуй убей такую тварь в ближнем бой, сдохнешь!
И она, видимо, может управлять этой особенностью, чтобы самой не зажариться, если пламя исчезло, едва эта сука на меня накинулась.
Всё это существо, по сути, является паразитом, который и занял это сборное тело, оставив снаружи лишь оболочку.
Но, мне от этого не легче!
Тварь уже надвинулась на меня, как мешок. Из серой массы вырываются тонкие щупальца. Десятки, сотни щупалец. Они тянуться ко мне. Дотрагиваются до меня, и каждое их прикосновение отзывается острой жалящей болью, точно в меня воткнули иголку.
От смерти меня отделяют считанные секунды. Я уже догадался, как эта тварь хочет меня сожрать.
Эта серая масса, тупо, обхватит меня со всех сторон, и я в ней растворюсь, вместе со всеми потрохами, оружием и бронёй. Пищеварение, доведённое до совершенства!
Существу не нужен рот, зубы, желудок и кишечник. Всё, что ему потребуется, оно получит напрямую, из своей жертвы, превратив её в питательный раствор.
А внешнее щупальце — это лишь — придаток — биологическое устройство для захвата, удержания и обездвиживания добычи, которой стал я! Пищей для твари, которую не убить, из-за её способности к быстрой регенерации.
Выход⁈ Какой здесь может быть выход⁈
У меня только один шанс из миллиона избежать этой участи — оставить время, чтобы купить себе пару лишних секунд до того момента, как меня полностью поглотит эта масса.
Раз!
Я снова это сделал. Время замедляется, но не полностью останавливается. Я вижу это по щупальцам, которые всё ещё ко мне тянутся, но только уже по миллиметру за секунду.
Это похоже на то, как смотреть фильм в замедленной съёмке, да ещё с частью кадров, которые просто отсутствуют.
Действие проматывается рывками, с паузами, которые, как цифры обратного отсчета отмеривают время, отделяющее тебя от смерти.
Я не могу разорвать щупальца, уже обхватившие меня, будто я связан верёвкой. Могу действовать только одной рукой. Стрелять в тварь бесполезно, и всё, что мне остаётся, это…