— Сейчас бы в душ, да с тобой, — я смотрю на деваху и резко перехожу на «ты».
Она пропускает мои слова мимо ушей и говорит мне:
— Осталось еще одно, — деваха кладет мне два пальца на шею, нащупывая вену. — Сейчас я введу в вас нанобота, — поясняет мне деваха, — это устройство попадёт в кровоток и встроится в вашу нервную систему. Не волнуйтесь, через некоторое время нанобот рассосется и исчезнет без следа.
— Это… машина? — спрашиваю я.
— Не совсем, — деваха протирает место ввода салфеткой с антисептиком, берет со столика инъектор и вставляет в него сверху ампулу с темной жидкостью, — это — биологический объект. Скажем так, устройство, выращенное в пробирке, чтобы вам было более понятно. Это, одновременно, и устройство слежения, и собиратель данных, и порт между вами, вашим мозгом, машиной переноса сознания и считывающим устройством. Три в одном. Вас это беспокоит?
Деваха подносит инъектор к моей шее и продолжительно смотрит на меня.
В своем медицинском прикиде, да еще с таким томным блеском в глазах, она выглядит чертовски привлекательно.
— Ничуть, — отвечаю я.
— Тогда, — голос у девахи понижается на два тона, — добро пожаловать в команду! Ныряльщик!
Она приставляет ствол инъектора к моей шее и нажимает на спуск.
Раздается щелчок. Я чувствую легкий укол, будто канцелярской кнопкой, и поршень, медленно выдавливает раствор в мой кровоток, и я точно не знаю, что в нем содержится — друг или враг.
— Готово! — деваха убирает инъектор и залепляет место укола небольшим кусочком пластыря. — Да и чуть не забыла, — глаза у девахи прям загораются, — жидкость, в которой находился нанобот, это — нейролакс, специальная смесь, которая поможет вам избежать негативных ощущений и побочных эффектов при глубоком погружении.
— Понятно, — говорю я, — хотя мне нихрена не ясно.
— Теперь вы переоденетесь в нейросьют. А вот сейчас, — деваха выдерживает паузу, — трусы можно снять.
Деваха встает. Подходит к стене. Нажимает на клавишу, и в ней открывается скрытая ниша, в которой висит нечто, похожее на гидрокостюм для дайвера, только, какой-то шибко продвинутый. Черного цвета с антрацитовым отблеском, с разъёмами, как у видеооборудования, весь увитый шлангами, кабелями и объёмными вставками в области груди и плеч. Отчего он мне напоминает чужого или симбиота в одном лице, или вывернутую наружу оболочку с внутренностями.
Деваха снимает костюм и перекидывает его на спинку стула. Раздвигает ширму и продолжает:
— На все вопросы вам ответит Ассистент. У вас, пять минут до погружения, — и она уходит, направляясь с папкой с пометками к Профессору.
Да, мне совсем не хочется напяливать на себя эту хрень, но, делать нечего.
Я захожу за ширму. Снимаю трусы. Стою голяком и пытаюсь влезть в эту оболочку.
К моему удивлению, мне это легко удается, будто-то эта приблуда на пару размеров больше, чем надо.
Костюм легко тянется, по ощущениям это — не резина, а силикон, причем, теплый, как вторая кожа.
Едва я надел эту оболочку и застегнул молнию, которая тянется от паха и до шеи, как костюм, сам собой утягивается, и плотно прилегает к телу, точно очерчивая мою фигуру.
Я ощущаю лёгкое покалывание, будто в кожу втыкается сотни миниатюрных иголок. Боли нет, скорее это — просто неприятно.
Вскоре покалывание исчезает, а мне кажется, что это костюм — живой, и он произвел калибровку, не только подстраиваясь под моё тело, а ещё считал биоритмы.
«Да… — думаю я, — интересно, до чего дошли современные технологии».
Попутно до меня доносятся обрывки разговора девахи с Профессором:
— Необычайно высокий болевой порог…
— Я такого ещё никогда не видела…
— Самоконтроль…
— Упёртость…
— Физическая сила…
— Любопытный экземпляр, — это уже слова Профессора, — как раз то, что нам и нужно, чтобы…
Окончания, насторожившей меня фразы, я не расслышал. Её заглушил голос Ассистента, ну, того врача с крысиным лицом.
— Готовы? — спрашивает он из-за ширмы.
— Всегда готов! — отвечаю я, и раздвигаю пластиковые занавеси.
— Тогда, пройдёмте!
Я иду вслед за Ассистентом, и мы подходим к массивной металлической двери ведущий в помещение, где и находится Нерв — машина для переноса сознания, как бы бредово это не звучало.
Он прикладывает большой палец к панели. Радуется щелчок, и дверь с тихим шелестом отъезжает в сторону, скрываясь прямо в стене.
Ассистент проходит внутрь. Я иду за ним, шлепая ногами в нейросьюте по каменному полу.
Крыс (именно такое погоняло я дал про себя Ассистенту) закрывает за нами дверь, и мы оказываемся в месте, которое буквально кричит мне: «Беги отсюда! Беги!»