— Разве ты не видишь? — я протягиваю руку и тереблю одно из своих заостренных ушей. — Я озорной рождественский эльф.
— Я понимаю. — Нейт наблюдает, как я сажусь на него верхом, а затем кладёт руки на обнаженную кожу прямо над моей красно-зеленой юбкой. — Насколько же ты была непослушной?
— О, очень непослушной. — Я подмигиваю и прикусываю нижнюю губу. — Я съела слишком много леденцов…
— И это всё? — он позволяет своим рукам скользнуть вниз по юбке, а затем, добравшись до низа, забирается под неё.
— Этого достаточно, чтобы занести меня в список самых непослушных. — Я наклоняюсь вперёд, пока мои губы не оказываются у его уха. — Это значит, что ты должен наказать меня.
— Я прослежу, чтобы следующая вещь, которая попадет тебе в рот, не была леденцом. — Нейт издаёт низкое рычание и сжимает моё бедро.
У меня нет возможности сказать что-нибудь ещё, потому что Нейт пододвигается на кровати, садится и сажает меня к себе на колени. Я притворяюсь, что сопротивляюсь, но я позволила ему легко уложить меня в нужное положение, и моя короткая юбка в стиле рождественского эльфа едва прикрывала мою задницу, когда я ложусь на него. Нейт хватает подол юбки и отодвигает его в сторону, затем издает смешок, когда видит мои трусики, на которых сзади написано «Отшлёпай меня, я в списке непослушных».
— Может, я и в списке непослушных, но, по крайней мере, у меня есть инструкции, — я оглядываюсь через плечо и ухмыляюсь.
— Им также легко следовать, — он поднимает руку и опускает её на мою задницу.
ШЛЕПОК!
Нейт шлёпает меня не в первый раз. Когда мы праздновали мой день рождения, я попросила его отшлепать меня на день рождения, и это так сильно завело нас обоих, что за последний год я несколько раз оказывалась в подобном положении.
ШЛЕПОК! ШЛЕПОК! ШЛЕПОК!
— Непослушный маленький эльф. — Нейт тихонько хихикает и шлёпает меня ещё несколько раз по заднице.
— Очень непослушный, — я смотрю на него и надуваю губы.
ШЛЕПОК! ШЛЕПОК! ШЛЕПОК!
— Скоро ты станешь хорошим эльфом. — Ему приходится подавлять смех, пытаясь сохранить серьёзное выражение лица. — Больше никаких леденцов.
ШЛЕПОК! ШЛЕПОК! ШЛЕПОК!
— Но они такие вкусные… — я ёрзаю у него на коленях и намеренно трусь о его член. — Не похоже, что мне есть что ещё пососать.
— О, для тебя найдётся. — Он кивает и снова поднимает руку. — Как только я закончу тебя шлепать.
ШЛЕПОК! ШЛЕПОК! ШЛЕПОК!
— Если это то, что я получаю за то, что ем леденцы, то я рада, что не рассказала тебе обо всех печеньях, которые я крала у Санты! — я хитро улыбаюсь ему и виляю задницей.
— Похоже, ты только что это сделала, — Нейт кладет руку мне на поясницу.
— Упс… — я притворяюсь расстроенной из-за того, что сказала ему.
— Очевидно, это нужно снять, — он хватает меня за пояс трусиков.
— Подожди, нет! — я игриво протягиваю руку назад, и сама хватаюсь за них, чтобы не дать ему стянуть их.
Мы уже играли в эту игру раньше. Я всегда сопротивляюсь ему, когда он пытается стянуть с меня трусики, и всегда проигрываю, а потом получаю за это более длительную порку.
Этот раз ничем не отличается.
Мы с Нейтом в шутку спорим по этому поводу, но в конце концов я сдаюсь и признаю, что заслуживаю того, чтобы меня отшлепали по голой заднице. Мои трусики такие мокрые, что практически прилипают ко мне, когда он снимает их, и не секрет, что я получаю от этого такое же удовольствие, как и муж.
Нейт, возможно, один из самых крутых мужчин, которых я знаю, и обычно он очень нежен со мной, но сегодня одна из тех ночей, когда я не хочу, чтобы он был таким, и он это знает. Как только я снимаю трусики, он шлёпает меня чуть сильнее, и вскоре я уже по-настоящему извиваюсь у него на коленях, умоляя его остановиться и обещая стать лучшим маленьким рождественским эльфом в мастерской Санты.
Мы оба так возбуждены, когда порка заканчивается, что я даже не даю себе ни минуты на то, чтобы собраться с мыслями, прежде чем начать заниматься с ним сексом. Нейт останавливает меня, прежде чем я успеваю довести его до оргазма, и я тут же сажусь на него верхом, постанывая, когда он погружает свой член глубоко в мою киску.
Мы не возвращаемся в гостиную. Мы занимаемся любовью до изнеможения, а потом я сжимаюсь в его объятиях.
Прошёл год, а я так и не устала засыпать в объятиях Нейта.
Не думаю, что когда-нибудь это случится.
Каким-то чудом нам удаётся держаться подальше друг от друга в последующие дни и полностью закончить наши рождественские украшения. Несколько недель спустя мы готовимся к рождественскому ужину для семьи Мислтоу, но мы договорились сначала обменяться подарками, поэтому я не в восторге, когда просыпаюсь на полчаса позже, чем планировала.