Раньше он думал, что она и есть то, что держит его на земле. Теперь же в ней он видел лишь причину своих извечных страданий. И видя ее отношение, понимал, что он причиняет ей их так же не меньше. Так стоило ли идти так долго ради всего этого? Быть может, он просто сам "отстой", и вообще ничего не хочет. Потеряв платформу и желания, Макс не знал, что ему делать дальше. Он просто потерялся в этом мире, и хотел попробовать что-то новое, отправиться туда, где еще не был.
Все больше он стал сидеть, просто потупив взгляд. Со стороны могло показаться, что он о чем-то напряженно думает. Но это было отнюдь не так. Он просто отправлялся куда-то в свои грезы. Туда, где он еще не был. Иллюзии и мечты поглощали его день за днем все больше и больше. И, в конце концов, он готов был оторваться от реальности, которая стала теперь уже физической, и висела на нем, как железные цепи. Пока Дениел не было рядом, он мог представлять ее рядом с собой сколько угодно, мечтать, что она окажется в его объятиях, падая в пропасть чувств, когда он наконец встречался с ней. Теперь же она постоянно была рядом, они ведь жили вместе. А он часто хотел лишь забыться. Все, в чем он нуждался - это было одиночество и простор для этого. А тут еще эта Линда! Как же он утомился от всего этого. Нет, это явно было не то, чем он хотел жить.
Реальность оказалась слишком плотной для него. Она не позволяла ему жить в том полусне из мечтаний и страданий, к которому он уже так привык. То, чем он бредил раньше, теперь представлялось для него пыткой. Теперь, когда Дениел сидела с ним рядом, она уже не понимала, о чем он думает. А думать он стал постоянно. Или он вообще не думал? Это было не ясно для нее. Он просто сидел, полностью отрешенный от реальности и погруженный в свои мысли. Она не понимала, то ли он не хочет с ней сидеть, то ли просто устал, то ли его все устраивает. Хотелось просто вспороть его черепную коробку и вытряхнуть оттуда все мысли, дабы хоть немного его понять. И все эти моменты сожалений о прошлом, огорчения по поводу настоящего и мечтаний о свободном будущем, перемежались в нем с непонятными приступами, с которыми он не мог справляться. Внезапно им начинало овладевать сумасшедшее желание Дениел, захлестывала ревность, он опять стремился, летел к ней. Порывы агрессии налетали на него незаметно. Он бил и Дениел, и Линду. Та уже стала опасаться его. Но она оправдывала такое поведение лишь тем, что Дениел, возможно, его добивала.
В отличие от Сергея, который разрешал Светлане приводить в их дом ее друзей, Максим наотрез отказался это делать, а когда Дениел все же необходимо было вдохнуть свободу, и она отлучалась, пусть и на недолгие встречи со "своими", так сказать, Максим просто негодовал. И вот, в очередной раз, в один из вечеров, когда Дениел по обыкновению вернулась от друзей, Максим встретил ее с улыбкой, но очень поспешно засеменил за ней. Когда он шел сзади, Дениел начинала его опасаться, так как неведомо было, что он сделает в следующую минуту. Подходя к входу в одну из комнат, Дениел содрогнулась от страха, почувствовал его яростное прикосновение.
Дверь распахнулась, Максим кинул Дениел так, что она ударилась о стеклянный стол и проломила его своим телом. Лежа в состоянии полнейшего шока в груде стекол и начиная истекать кровью, она только чувствовала на себе глухие удары Максима, который так и не мог успокоиться.
- Ты все мужиков себе собираешь?! Все ищешь себе кого-то еще?
- Нет, нет,- лишь твердила она, закрывая себя окровавленными руками.
- Проститутка! Шлюха!
- Нет, Макс, я верна тебе. Ты же сам это знаешь. Я же видела, ты следишь за мной!
- Кто?! Я?!- его лицо перекосило от злобы.
Он плюнул и лишь мерзким тоном промолвил:
- Я уже давно этого не делаю.
Приподнявшись и даже не помогая ей встать, он вдруг снова подскочил к ней и, схватив за волосы, кинул:
- Ты ничего не расскажешь в Организации!- Макс держал Дениел за горло.
Она же в этот момент, как и в миллионы других, похожих, проклинала себя за тот приворот, которым когда-то его "наградила", а порой, заглядывая в его глаза, она не могла ответить себе на вопрос: а быть может, он всегда, изначально таким был, а она просто этого не замечала? Да и когда она могла успеть заметить тогда, в молодости.
Закрыв глаза и лишь слушая, как Максим захлопывает за собой дверь, она лежала и молилась о том, чтобы он не вернулся. Затем, все же, собравшись с силами, она пошла в ванну, смыть с себя кровь, и, выйдя из нее, хотела лечь спать в другой комнате, но почувствовала на своей спине взгляд Максима. Обернувшись, она увидела его. Он стоял и, не отрываясь, смотрел на нее. Этот взгляд пронзал ее полностью. Она спешно отвернулась и помчалась в ту комнату, легла на кровать и, что было сил, сомкнула глаза, будто делая вид, что спит. Максим стал ей приговаривать:
- Ты моя жена, ты должна спать со мной в одной постели!
Она отпрянула от него и забилась на другой угол кровати. Всю ее колотило.
- Я тебя боюсь. Как я могу спать с тобой!
- А придется,- и Макс накинулся на Дениел.
- Ты сумасшедший, - лишь успела крикнуть она, он же, закрыв ей рукой рот, принялся ее насиловать.
На следующий день, зная, как Линда относится к Максу, Дениел решила навестить эту женщину. Она всегда втайне хотела с ней подружиться, рассказать о своих чувствах, прояснить что-то в их напряженных отношениях.
Линда всячески избегала этого общения. Она всем своим видом показывала, что не переносит Дениел. То и дело, отворачиваясь от нее или постоянно споря и категорично высказываясь на все попытки Дениел установить с ней контакт. Линда была как конь в шорах.
Даже сейчас, когда Ден снова пришла к ней со следами побоев, Линда, видя перед собой уже живую Даниэлу, совершенно не хотела вдуматься, понять ее чувства. Она руководствовалась только теми эмоциями, которые ей навязал Макс, не понимая одну лишь истину. Ведь она и Макс-это были два разных человека. И хоть он и был ее, как она любила высказываться, эмбрионом, она вполне имела право на свое мнение. И должна была приложить хотя бы минимальные усилия, чтобы его действительно сформировать, а не слепо потакать Максиму в его депрессии и маниакальности и все это сбрасывать на Дениел, не пытаясь разобраться с тем, что творится в ее душе. Но переубедить Линду, казалось, представлялось невозможным.
- Я знаю, что вы меня не любите. Но я лишь не понимаю, почему. Вы мне очень нравитесь. Я уважаю вас. И хотела бы с вами дружить, - Дениел говорила эти слова будто в пустоту.
Пробраться сквозь стальную броню Линды ей все равно не удавалось.
- Зачем ты мучаешь его? Если не любишь,- холодным и отчужденным категоричным голосом смотря прямо в глаза Дениел, снова отрезала Линда.
Сжав руки в кулаки, и собравшись с силами, Ден ответила ей:
- Во-первых, если ему уж так плохо со мной... Я...Я давно уже говорила ему уходить, пытаться строить свою жизнь, и, во-вторых, откуда вы знаете, что я его не люблю,- тут у Дениел началась истерика.
Из глаз стали катиться слезы. Но Линде было ее не жаль. Более того, такое поведение ее бесило. Она его не понимала. И еще более пропитывалась отвращением к этому человеку. И даже не пытаясь успокоить Ден, она проговорила:
- Максим идеальный, святой человек. Я порой поражаюсь. Как вот можно так долго любить. Просто любить, ничего не требуя взамен. У меня никогда такого не было, - Линда, как обычно, стала печалиться по этому поводу.
- Вы просто не понимаете,- начала Дениел.
- Что же я не понимаю? Может, ты мне прояснишь?- с вызовом ответила ей Линда.
- Никто не может любить вот так долго, как вы выразились, если его не любят с другой стороны. Человек любит пока у него есть надежда. Надежда на взаимность. Значит, другой дает ему понять, что он ему не безразличен. И тот, кто любит и добивается отношений, просто ждет. Потому что он уверен в другом. Он знает: ему есть чего ждать. Вот миллионы моих друзей могут просто влюбляться. Их влюбленности как одноразовые зажигалки: одинаково пламенны и недолговечны. Они легко заводят отношения, каждый раз клянутся, что это в первый и в последний раз, что такого, как к этому человеку они никогда не чувствовали. Мне их жаль, потому что они врут себе сами. Они не умеют любить. Наверное, настоящая любовь не бывает легкой. И не вспыхивает она от страсти. И если все хорошо сразу, потом это просто угаснет. Есть же специально еще другие слова: роман, влюбленность.