Она уже давно привыкла к такому отношению, поэтому даже не обиделась, и просто продолжила:
- Очнись, Макс! Послушай, нет, не отворачивайся! Ты послушай,- она всеми силами попыталась привлечь его внимание и вырвать его из пучины одному ему известных мыслей, чтобы он хоть понял то, что она будет ему говорить.- У тебя есть жена, твоя воспитанница. Хоть это и запрещено по канонам Организации. Но, видимо, это традиция Шветских.
- Не надо над ними смеяться,- злобно отрезал Макс.
- Так, а кто смеется? Ты что видишь, что я смеюсь?- перекривила его Линда.
- Когда я пришел в эту семью, я подумал, а почему я здесь не родился. Эта семья моя мечта, то, чего у меня никогда не было, - Макс опять стал горевать и плыть в мир своей печали и иллюзий, потому Линда его перебила.
-Так, а почему же ты сейчас не построишь свою, такую же? С Ден?
Он посмотрел перед собой, явно обдумывая что-то, потом покачал головой туда-обратно, в глазах его летали какие-то мысли, но он молчал, прикидывая что-то.
- Что, боишься ответственности? Или уж больно нравится жить во мраке? Так легче, да? То есть может ты и есть тот, с кем мы боремся, ты может один из тех, кому мы обычно помогаем?- Линда рассвирепела.- Так какого ты хрена,- она уже не на шутку разошлась.- Тогда протираешь свои штаны в Организации, если ты ничего сделать не можешь? Если ты ... ничтожество,- последнее слово она сказала так тихо, будто боялась сама произнести это вслух.
И сама испугалась своих слов. Замерла и просто смотрела на Макса. Он же продолжал сидеть абсолютно безучастный, смотря то в одну сторону, то в другую, поворачивая голову. Он продолжил свое, будто не слышал обидных слов Линды.
- Я увидел эту семью, посмотрел как Дениел, их ребенок там принята, и я захотел так же. Я захотел вдруг оказаться на ее месте. Мне стало так обидно, что у меня нет отца, которого я всегда так хотел, в котором так нуждался, который бы меня защищал, давал деньги, создавал мою жизнь. Я всегда хотел такого отца, как Сергей. А ее мать... Я бы все отдал за то, чтобы меня любили так же. Так же!- последние два слова он просто крикнул и опять сник.
- Макс, так стань отцом сам. И просто подари своему ребенку то, что ты хотел, чтобы было у тебя.
- Что? Я? Нет,- он стал двигать указательным пальцем вправо - влево.- Еще чего, никогда. У меня не было, так чего это я для других стараться должен. Я же выжил. Не выйдет с меня хорошего отца. Я не знаю как это. И никогда не знал.
- Макс!- Линда схватилась за голову.- Но ведь это, же был бы твой ребенок. Зачем ты как? Ты что ненормальный?
- Не знаю. Наверное, да. Наверное, я какой-то неполноценный. Все не как у людей, - и он едва заметно пожал плечами, уголки его губ опустились.
Терпение Линды сдало.
- Ты сам! Сам! - Линда вскочила и стала махать руками прямо перед лицом Макса.- Вечно сам все портишь! Ты меня достал!- и она разбила свою любимую вазу.
Осколки разлетелись по комнате, и один из них попал ей в глаз. Совсем маленький, но боль все нарастала.
- Что ты психуешь? Что, у этой больной научилась? Не думал что это заразно,- вышел из себя и затем снова сник Макс.
Ему было все равно, безразлично до происходящего вокруг него. Линде вдруг так захотелось раструсить его, чтобы он очнулся. От своего вечного сна, которым он уже ее действительно достал.
Она подскочила к нему, схватила его за плечи, и стала дергать из стороны в сторону. Внезапно с ним произошло то, что обычно всегда и происходило. Его настроение в один момент поменялось, абсолютная безучастность сменилась резким гневом, и он набросился на Линду, толкнув ее так, что она упала на пол и сильно ударилась. Он стал бить ее, нанося удар за ударом, даже не пытаясь рассчитать силу. Взгляд Линды встретился с его глазами, и она просто ужаснулась.
Такого зверского взгляда, такой ненависти она не видела еще никогда. За все свое существование Линда видела огромное количество злых, ненавистных глаз, но такие, как у Макса, впервые. Там не было человечности. Там не было даже боли. Просто безразличие и пустота. И еще раздражение. Словно она для него была каким-то насекомым, которое он хотел раздавить.
Он перестал ее бить, и просто сел рядом с ней на полу, опять думая о чем-то своем. Линда же даже не хотела на него смотреть. Едва слышно она просто промолвила:
- Уходи, уходи, прошу тебя,- еле слышно в жутком страхе прошептала она, еще автоматически прикрывая голову руками в попытке защититься от новых ударов.
Он лишь повернул голову, посмотрел на нее презрительным взглядом, плюнул на пол рядом с ее телом, приподнялся на руках, встал и промолвил:
- Да пошла ты! Идиотка!- кинул ей он, развернулся на каблуках, и покинул ее квартиру.
Он и сам не понимал, чего он сюда приходил. Наверное, потому, что у него не было друзей, а излюбленным занятием было плакаться, ныть, изливать душу. По крайней мере, Линде. Мир он видел сквозь черно-белую призму. Он не замечал ярких красок. Никак не хотел он раскрасить свою жизнь. Принести счастье себе или Ден. Его все устраивало и так. Он просто не мог понять, что существует просто счастье. А где оно? А какое оно? Он никогда его не видел и не знал. Это все равно, что уверять слепого, что есть на этой земле свет, описывать, рассказывать ему о нём, что это. Но для того, чтобы этот слепой мог поверить и ощутить, что же, все−таки, такое свет, необходимо, чтобы он прозрел. А Макс прозревать отказывался. Он просто не знал, для чего он должен прозреть. Да и никто ему, собственно говоря, и не помогал.
После разговора с Ликой Дениел опять не захотелось ехать к Максиму, в его логово, и она отправилась к Тиграну. Прямо с порога она бросила ему:
- А чего ты меня ни о чем не спрашиваешь? Кто я? Что я? Где я? С кем я живу? Чем я живу?
Тигран странно посмотрел на нее и ответил:
-Так, а зачем? Я и так все знаю.
- Знаешь что?
- Я знаю о вас все, Даниэла Сергеевна,- мягко улыбнулся он, затем продвинул вперед, усадил за стул и, обойдя ее, начал растирать ей плечи.
Она все время хотела повернуться назад, посмотреть на него, но он не давал ей это сделать.
- Откуда ты знаешь?- тихо, но чрезвычайно надменно и настырно проговорила она.
- Да кто вас не знает, Даниэла Сергеевна,- он обошел ее обратно и сел на кресло напротив, положив ногу на ногу и гипнотизируя ее взглядом.
- Что ты ко мне чувствуешь? Ты меня любишь?- спросила она его.
Он промолчал в ответ. Затем, наконец, сказал:
- Говорят, это чрезвычайно опасно. Это не приносит мужчинам счастья,- и он глухо засмеялся, а затем закашлялся. - Вот,- сквозь кашель проговорил он,- Вот - вот. Даже здесь уже плохо становится. Да ладно, я шучу. Расслабься,- сказал он.- Да, я влюблен в тебя Дениел. Я влюбился с первого взгляда, как только тебя увидел. Вот только все это мне не нравится. И если ты уже завела эту тему, то я хотел бы знать: что у вас с Максимом Руденко? Зачем ты живешь с ним?
- Он мой наставник,- потупилась Дениел.
Она спрятала взгляд от Тиграна. Он не мог этого не заметить, но все равно, как, ни в чем не бывало, продолжал.
- Ну вот, ты говоришь - он твой наставник, так и что. Ведь вообще-то по правилам Организации браки и любые личные отношения между наставниками и воспитанниками запрещены, поэтому это твой выбор: жить с ним или нет. Ты ему ничего не должна. И если ты его боишься, не любишь, опасаешься, если он тебе противен и ты хочешь просто исчезнуть, я не вижу проблем. Давай будем жить вместе. Хочешь, я сниму тебе жилье?
Дениел лишь усмехнулась.
- Поверь, вот с чем, а деньгами на жилье у меня проблем нет,- она засмеялась.- Если бы проблема была только в этом. А с чего ты взял, что я его боюсь?- спросила вдруг она.
Он отвернулся.
- Мой координатор Линда.
- А,- проговорила она.- И что, ты говорил Линде что-то о нас? - Дениел не на шутку испугалась.
- Нет, что ты. Зачем мне тебя подставлять и пятнать твою репутацию.
- Так, а как же ты?
Тигран махнул рукой.
- Да зачем тебе это знать, - и тут он резко перешел на другую тему.- Знаешь, я видел Макса в Организации. Я специально с ним познакомился. И что я хочу сказать? Он мне противен. Просто отвратителен. Все время, которое я с ним общался и присматривался к нему, у меня на языке крутилось одно слово: какой-то он неспособный. Разбитый. Никакой. Понимаешь?