Я подняла одну руку от его плеча и положила на затылок, крепче прижимая к себе. Он издал приглушенный стон мне в губы, заставляя мое сердце биться ещё сильнее. Я приоткрыла рот и его язык неспешно прошёлся по моим губам, а затем проник внутрь.
Господи... его руки, они везде, они на моей талии, так сильно, мне нужно ещё ближе...
Я подалась вперёд, прижимаясь к нему всем телом, насколько это было возможно.
Он зарычал.
— Нарываешься...
Этот дикий, звериный звук, он так меня поразил, что я забыла как дышать, мурашки побежали по моей коже.
— О боже... ребята, полегче, — вдруг сквозь стук моего сердца, сквозь шум в ушах, совершенно не к месту, словно неприятная помеха на экране телевизора, в моё сознание ворвался еле различимый голос Дирели. — Я, разумеется, догадывался, что что-то должно произойти, если я задержусь у входа на несколько минут и дам вам немного поболтать. Но не до такой же степени.
Чёртов Дирели!
Лоэн отстранился от меня, я почти непроизвольно потянулась за ним, но вовремя заставила себя остановиться.
Его затуманенный взгляд начал как-то отстраненно блуждать по моему лицу. Зрачки были так сильно расширены, что цвет глаз стал почти чёрным. Он прошёлся по моим волосам, по моим, я уверена, раскрасневшимся щекам, по моим губам, прежде чем вернулся к глазам.
Но тут взгляд его, кажется, прояснился и...
...он отшатнулся. Словно его кто-то толкнул. Или влепил пощёчину. Но это было не я.
Он отвернулся от меня, запуская руку в волосы.
— Черт, — яростно проговорил он, — твою собачью мать.
Его реакция привела меня в чувства. Отрезвила.
О боже... Мы только что поцеловались! Я его поцеловала!
Я окончательно пришла в себя и, понятное дело, не стала тешить себя надеждами, что после нашего волшебного поцелуя, он как дурачок влюбится в меня и будет петь серенады под моими окнами.
Надо быстро и оперативно брать ситуацию в свои руки, иначе моя гордость так останется уязвленной. Я с трудом отлипла от стены и сделала шаг в сторону Лоэна. Он видимо заметил это моё действие, потому что сразу поднял на меня безумный взгляд. Почти испуганный. (Почему он так бледен? Неужели действительно болен?)
Я пыталась решить стоит ли мне произнести заготовленную реплику громко, чтобы Дирели тоже услышал или пугающе тихо. Времени на раздумья не было, поэтому я выбрала то, к чему тянулась интуитивно.
Спокойным, размеренным голосом, не тихо и не громко, так, что тот, кто хотел, мог услышать, я произнесла:
— Не взглянешь даже? Так, значит? — я театрально опустила взгляд чуть ниже его пояса. По тому, как он сжал кулаки, можно было легко определить, что он понял, на что я смотрю. Я так бесстыдно прижималась к нему всего пару секунд назад.
Щеки слегка погорячели, но я сделала ещё шаг, оказавшись совсем близко к нему, он напряженно следил за моими действиями.
Теперь уже совсем тихо, чтобы услышал только он, я посмотрела прямо в его прекрасные, лазурные глаза и произнесла:
— Лгун.
О-мой-бог!
Чувствуя себя победительницей по всем фронтам, я, довольно вздернув подбородок, отвела взгляд от Лоэна, устремляя его на Дирели. Тот устроился у входа... у входа куда?
Я огляделась и поняла, что стою вовсе не в той комнате, которая открывалась мне из коридора. Это комната была огромная, с высоченными потолками, с лестницей в пять ступенек, вся в каких-то темно-изумрудных, малахитовых оттенках, в стены были встроены... аквариумы. Аквариумы?! Аквариумы с плавающей в них рыбой! Настоящей, черт возьми! Это что скат?!
Но времени разевать рот нет, нужно заканчивать игру.
Я быстро взглянула на Дирели, снова немного застопорилась, потому что столкнулась с этой пугающей внимательностью в его взгляде.
Может он правда, читает мысли?!
Ладно, это сейчас не важно.
— Так это та спальня, которую ты мне выбрал, Дирели? Не потрудишься объяснить, почему я вошла в одну комнату, а оказалась в другой?
Я обошла Лоэна (я сделала это так, словно ничего и не было) и встала перед лестницей, подняв взгляд на Дирели. Его рыжие волосы красиво сочетались с переливами зелёных оттенков в комнате.
Ты хочешь остановиться.
Я застыла, захотелось застыть.
Не может быть...
Лоэн использует на мне свой дар?
Я посмотрела на Дирели, словно моля о помощи, он непонимающе нахмурился, а затем расширил глаза. Интерес мелькнул в его взгляде. Он скрестил руки перед собой, пожимая плечами. Словно говоря: "Ничем не могу помочь".
Чёртов Дирели!
Я обречённо прикрыла глаза.
— Если ты ещё раз появишься передо мной, если ещё хоть раз твоя рожа мелькнет где-то в поле моего зрения, клянусь всеми богами, я закончу то, что начал... в тот день в твоей комнате. Не забывай об этом, нейтралша, — голос Лоэна, жестокий, холодный. — А теперь пошла прочь отсюда, шавка несчастная.