Часов в семь мы с Артуром надели парадные мантии, кивнули друг другу и с лицами, полными решимости, вышли в гостиную. Кавалеры кучковались в ней, дожидаясь своих дам. Те время от времени выглядывали со своей половины, убеждались, что их ждут, и с криком «сейчас-сейчас» прятались обратно. Присутствовали не только вороны. В отличие от Слизерина, остальные Дома менее рьяно закрывали доступ на свою территорию, Хаффлпафф так вовсе гостям был всегда рад.
В половину восьмого девочки наконец-то вышли в гостиную.
— Прекрасно выглядишь, Мораг, — ничуть не покривил я душой.
— Спасибо, — улыбнулась она. – Ну что, идём?
В холле перед Большим залом было не протолкнуться, поэтом мы остановились, немного не доходя до дверей, и принялись оглядываться по сторонам.
— Падма, вижу Поттера, — указал я рукой направление. – Уизли наверняка где-то рядом.
— Где, где? А! Всё, я побежала!
— Удачи! — пожелала Мэнди ей вслед. – Осталось дождаться Грэма.
Уолтер Грэм, парень с Хаффлпаффа, пригласивший нашу Сью, появился спустя пару минут вместе с десятком других барсуков. Одетая в светло-желтое платье девочка мгновенно затерялась в толпе, утащенная «пошушукаться» своей подругой Роуз Смитсон. Свободного места стало ещё меньше, в глазах рябило от ярких цветов мантий и блеска украшений. Классическими мантиями или платьями дело не ограничивалось. Патилы пришли в национальных костюмах, как и некоторые другие иностранцы, Чанг надела европейское платье с отдельными элементами ципао. Кстати, очень умный ход с её стороны – не отказываясь от традиции, показать готовность влиться в английское магическое сообщество.
Раскраску на лицо никто не наносил (нет, я не о косметике говорю, которой кое у кого было даже слишком много), однако родовая символика присутствовала обильно. Незаметно на первый взгляд — требовалось понимать, что вот этот значок с руной Перт на воротнике мантии Артура есть не что иное, как сигил клана Шелби. Или у меня на рукавах вышит серебряной нитью стилизованный соловей в центре разомкнутого треугольника, тоже неофициальный символ Стивенсов.
Без пятнадцати минут восемь двери Большого зала раскрылись, и участники бала, возбужденно шушукаясь, принялись медленно втягиваться в проход. Стены зала мягко сияли белизной, с невидимого потолка свисали гирлянды из плюща и омелы, каменный пол преобразился в гладкий паркетный каток, намного лучше подходящий для танцев. Длинные факультетские столы убрали, вместо них по периметру стояли сотни одинаковых маленьких столиков, рассчитанных на четырех-шестерых человек. Единственный большой стол предназначался для преподавателей и чемпионов, он стоял в дальнем конце зала.
Наша четверка уселась за один из столиков, примерно посередине.
— Вы видели Грейнджер? – практически наугад выбрала несколько блюд Мэнди. – Она пришла с Крамом! Как она умудрилась его подцепить?
Меня слегка позабавила формулировка – не Крам с Грейнджер, а она с ним. Очень женская точка зрения.
— Ей сейчас лучше не отходить от Дамблдора, — усмехнулась Мораг. – Какие бы амулеты она ни носила, вряд ли они выдержат. Видели, какими глазами смотрят на неё фанатки Крама?
— Теперь понятно, почему они оба постоянно торчали в библиотеке, — меланхолично заметил Артур. – Как ни придёшь, за соседними столиками сидят. Удивила Грейнджер, признаю.
— Скитер завтра оттянется, — предсказал я. – «Подруга Мальчика-который-выжил изменила ему со всемирно известным ловцом».
— Не возражаете?
Рядом с нами стояли двое – Джеймс Фриз и смутно знакомая девушка со Слизерина. Видеть её, разумеется, видел, но общаться прежде не доводилось. Мы с Артуром перевели взгляд на дам, оставляя им право выбора.
— Конечно, Йола, присаживайтесь, — кивнула Мораг. – Райли, Артур, вы ведь не знакомы с моей подругой Йолой Мерфи? Йола, позволь представить тебе Райли Стивенса и Артура Шелби, наших с Мэнди хороших друзей.
— Очень приятно, господа. В свою очередь хочу представить вам Джеймса Фриза, любезно предложившего стать моим спутником на этом балу.
— Мы знакомы с Джеймсом, мисс Мерфи, — кивнул я, пожимая Джеймсу руку. – Очень приятно.
После того, как Йола уселась, мы с Артуром тоже опустились на свои стулья и разговор продолжился. Основной темой, естественно, стали чемпионы и их спутницы, благо они как раз вошли в зал. Грейнджер всех поразила, представ девушкой, а не танком. Надо полагать, она не понимает, насколько подпортила своим появлением триумф Парвати, умудрившейся прийти на бал под ручку с Поттером. За право стать спутницей четвертого чемпиона среди девочек развернулась настоящая борьба, вполне возможно, что исчезнувший нос Эджкомб – всего лишь ставшие видимыми её отблески.