— Эджком, я не ошибаюсь, — это ведь Амбридж? Она, кажется, какой-то высокий пост занимает?
— Старший заместитель министра. Мама сказала не связываться с ней – Амбридж на редкость злопамятная.
— А здесь она что делает?
— Не знаю, — пожала плечиками Мариэтта. – Сейчас Дамблдор скажет.
Но прежде, чем вошли первачки и Макгонагалл начала распределение, высказалась Лавгуд. Она уже давно сидела рядышком, разглядывала меня и улыбалась с каждой минутой всё более и более ехидно.
— Я знаю, — внезапно заявила она, — что ты сделал этим летом.
То ли совпало так, то ли она удачно подгадала момент, однако её слова прозвучали в кратчайший миг тишины, когда все за столом замолчали. Пауза затянулась, на мне скрестились десятки заинтересованных взглядов, в основном женских.
Что я делал летом? Что-что, в Лютный сходил. Посетил там одно интересное заведение с добрыми, понимающими работницами. Очень хотелось… оценить его изнутри. И нет, ничуть не стыдно, потому что уже давно не подросток! Лавгуд заметила изменения в энергетике и захотела поразвлечься. За мой счет.
Как сделать, чтобы она замолчала? В смысле, огласки я не боюсь, просто не хочу превращать личную жизнь в предмет обсуждения половозрелых подростков. Шантажировать девчонку нечем. Угрожать ей? Ну-ну. Подкупить? Более реальный вариант. Тем более что у меня есть домашняя заготовка.
— Предлагаю взятку в обмен на молчание, — с каменным лицом разродился я.
— Взятку? – призадумалась Луна. – Мне ещё никогда не давали взяток! Согласна!
Отвернувшись от стола, я запустил руку во внутренний карман мантии. Тот, который с пространственным расширением. Нужное вытащил со второй попытки – объемные вещи через узкое горло, даже с наложенными чарами, проходят с трудом.
На каникулах мне пришла в голову идея, что подарить Луне на день рождения. Он у неё в феврале. Раньше сладости дарил или забавные безделушки, но сейчас чё-то нашло. Иногда бывает: сидишь, ни о чём особенном не думаешь, мысли плавно скачут с темы на тему и вдруг осеняет. Вот и со мной было так же. Просто подумалось, что Луне нужна принцесса Луна и что анимированная фигурка будет неплохим подарком. Сказано – сделано. Уровень знаний позволял наложить нужные заклинания, работа не над заданиями старших разгружала мозг и служила неплохим релаксантом, времени уходило немного, максимум полчаса в сутки. Единственная закавыка заключалась в отсутствии материалов, но с ними Илона помогла, заказавшая их в магазинах.
Результат, ростом ровно с сидящую на скамейке девочку, стоял на полу Большого зала и гордо вскидывал украшенную рогом голову, поводя черными крылами. Длинная грива развевалась на отсутствующем ветру, неестественно-большие глаза блестели ярким живым светом, кьютимарка в виде полумесяца красовалась на бедре. А хорошо получилось, честное слово!
— Мы удостоили вас своим визитом! Радуйтесь! – провозгласила она голосом Илоны.
Тетушка с удовольствием принимала участие в проекте и дала несколько неплохих советов.
— Ооо! – Полумна издала нечто среднее между стоном и восторженным писком. – Какая она… Замечательная! Можно погладить?
Пони услужливо подставила шею для обнимашек. Двигается она не особо хорошо, но ходить и давать хозяйке себя гладить умеет. С остальным не успел, думал закончить в Хогвартсе. Не судьба.
— Какая красивая! Я буду звать тебя Принцессой Луной, — последняя фраза Полумны чуть не заставила меня вздрогнуть. Спасла появившаяся за четыре года знакомства привычка к странностям. – Обещаю, тебе понравится наша школа, она прекрасна и загадочна ночью. Ты же любишь ночь, верно…
Девочка гладила игрушку, и под её светящимися руками та оживала. Наливалась красками, угловатая дерганая пластика менялась на грацию живого существа, шерсть слегка изменила фактуру, становясь похожей на настоящую. Изменение произошло стремительно и незаметно, глаз не мог выделить общие детали, фиксируя сразу новый образ. Живой.
Народ опасливо отодвигался в стороны. Я сидел рядом с Луной и ответственно заявляю — ток магии от неё ничуть не изменился. Чем бы происшедшее ни было, это точно не детский выброс. Похоже, нам только что походя продемонстрировали, почему фейри благоговеют перед Лавгудами.
Девушки глазели на ворковавшую с пони Полумну и явно готовились закидать меня вопросами, Артур трясся рядом, уткнувшись лицом в сгиб руки. Рот зажимал, пытаясь не расхохотаться. Остальные вороны, сидевшие дальше, тянули шеи, пытаясь рассмотреть, что интересного происходит. Судя по их лицам, желание наложить пару-тройку исследовательских заклинаний сдерживалось инстинктом самосохранения – у нас в Доме уже была пара случаев, связанных с поделками Лавгуд. С тех пор умные вороны сами не рисковали и подписывали на дело безбашенных гриффиндорцев.