Книжку надо брать. С ней, конечно, предстоит много возни – сначала скопировать, потом защиту снимать и переводить – зато написанное легко сравнить с клановыми источниками, которым она может стать прекрасным дополнением. Может, конечно, и не стать, но я готов рискнуть.
— Страницы чем-то пропитаны. Советую навестить мадам Помфри.
— Думаешь, отрава?
— Не обязательно. Скорее всего, зелье от жучков. Но ты все равно навести. Так! – я закрыл обложку палочкой. – Сколько книга стоит, я не знаю, поэтому давай рассуждать. Блэковский экслибрис, стоит защита. Вместе с тем — защита не на крови, а стандартная, без изысков. Наверняка ворованная. С учетом всех факторов гримуар можно отнести к средней ценовой категории, то есть от тридцати до ста галлеонов. Я готов на месте предложить тебе шестьдесят пять либо можем сходить в лавку к оценщику. Честно скажу – книжка меня заинтересовала.
Дин с силой почесал затылок, стимулируя мыслительный процесс.
— Давай на месте, — махнул он рукой. – Не хочу светиться с ней.
— Тоже правильно. Чек примешь?
— Фига себе ты крутой! Приму.
Оплата чеками в магическом мире очень распространена, только школьники используют их редко. Гоблины выдают чековую книжку тем клиентам, у кого есть личный сейф с не менее чем пятьюстами галлеонами на счету. Выходит, по меркам Хогвартса я – богач.
Обманывать Дина я не собирался, но и правды всей не сказал. Думаю, книжка стоит больше уплаченной цены, ближе к сотне. На стоимость влияет происхождение – литература из библиотек старых семей идёт с наценкой, экслибрис выступает своеобразным гарантом качества. До конца его вытравить невозможно, да мы и пытаться не станем. В любом случае, Томас неплохо заработал, потому что один галлеон в переводе на фунты стоит около двадцати. Если брать нормальный курс. Существует льготный, по нему в Гринготтсе обменивают валюту родителям магглорожденных Хогвартса и кое-каким другим категориям магов, но по нему существует ограничение. Сто галлеонов в год, если мне не изменяет память.
Сделка направила мысли в сторону Блэка, Поттера и иже с ними. Насколько я помню сюжет, сейчас Сириус должен проживать в доме на Гриммо и что-то там было, связанное с генеральной уборкой. Древние трактаты чуть ли не на помойку выбрасывали. Верится слабо, куда вероятнее, что наследнику Блэк перекрыли доступ к деньгам и он вынужден за бесценок распродавать имущество. Раз так, то, во-первых, следует ожидать появления на рынке ещё книг и артефактов с узнаваемой символикой, а во-вторых, не попробовать ли присосаться к потоку?
Вопрос в том, как это сделать. Не подходить же к Поттеру с предложением типа «сообщи крестному, что Стивенсы купят всё, что он выставит на продажу». Не настолько дурак Мальчик-который выжил, чтобы соглашаться. Мигом спросит, откуда я знаю про крестного, почему уверен в его невиновности, почему считаю, что они общаются. Ещё и Дамблдору настучит. К тому же, парень в последнее время ходит дерганый, на нервах, с видом способного зарядить в глаз человека. Не нравятся ему шепотки за спиной.
Поттера постоянно провоцирует Амбридж, однако в силу непонимания подростковой психологии результат никак не соответствует её ожиданиям. Половину провокаций пацан просто не замечает, на вторую половину реагирует не так, как планируется. Тем не менее, из-за их вражды к нему постоянно приковано внимание окружающих. Подойти и поговорить невозможно. Я помню о своём разговоре с леди Маргарет насчет получения воспоминаний, но никак не получается подобрать время, когда Поттер останется один. И, откровенно говоря, желания особого нет. Вся идущая в Хогвартсе возня бессмысленна, основное противостояние Дамблдора, чиновников и аристократов сейчас разворачивается на министерских полях.
Пятый курс Вторая часть
Начало октября ознаменовалось новым событием. Амбридж, в дополнение к посту преподавателя ЗОТИ, самому по себе дававшему ей немалые полномочия, получила назначение на должность генерального инспектора Хогвартса. Услышавшие о том поначалу недоуменно переглядывались. Введение нового поста рассматривалось как поползновение Министерства контролировать школу, что магам не нравилось. Хогвартс всегда являлся местом мира, нейтральной территорией, где враги садились за один стол и могли уладить разногласия. Тот факт, что кто-то покусился на его автономию, означал серьёзные перемены и нарушение сложившегося в обществе равновесия.