На остальных двух предметах тоже всё шло, как всегда. Дети слушали, учителя ездили им по ушам, напоминая о предстоящих экзаменах. Латынь я знаю хорошо, преподавательница знает, что я знаю, следовательно, можно рассчитывать на «превосходно». С музыкой дела обстоят немного хуже. В школе предмет преподают первые два года, давая основы вроде принципов нотной грамоты и знакомя с наиболее распространенными музыкальными инструментами, затем желающие имеют возможность записаться на факультатив по бардовской магии. Магии там немного, в Англии бардов не учат. Те, кто хочет заниматься этой традицией, уезжают в Ирландию или на остров Мэн, у нас в Хогвартсе просто кружок по интересам. Так как мне медведь на ухо наступил, выезжаю за счет хорошей памяти, которая и обеспечила меня высшей оценкой в прошлом году. Как повернется в этом, непонятно.
Вот как раз во время музыки всё и началось.
Вместо звонка на перемену по замку прокатился голос профессора Макгонагалл:
— Всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни! Всем преподавателям собраться в учительской! Пожалуйста, как можно скорее.
Учительница миссис Донахью громко захлопала в ладоши, пресекая разговоры.
— Так, класс, собираемся! Я провожу вас до Башни, а потом у меня дела.
— Но что случилось, мастер Донахью? Новое нападение?
— Мне известно не больше вашего, мисс Патил. Поторопитесь.
Внутри Башни не хватало только четвертого курса, они пришли сразу за нами. Настроение царило похоронное. По Министерству ходили разговоры о возможном закрытии школы, каковая перспектива воспринималась на Рейвенкло с ужасом. На мой взгляд, закрыть не закрыли бы, вот сменить директора и ещё больше урезать автономию вполне могли бы.
Домовики споро сервировали столы, обеспечив проголодавшихся подростков плотным обедом. Вскоре в гостиную, закутанная в цветастые шали, зашла профессор Трелони и сделала объявление. Похищена Джиневра Уизли. Экзамены отменены, завтра утром Хогвартс-экспресс отвезет учеников в Лондон. Вопреки обыкновению, после этого предсказательница не удалилась в свои покои, она плавно уселась за один из столиков и, собрав вокруг себя кружок из девочек, принялась объяснять им какие-то тонкости гадания на чае. Рядом с ней пристроилась Лавгуд. Судя по отпускаемым замечаниям, обе находились на одной волне и прекрасно друг друга понимали.
Разбудил нас МакЛайрд. Вернее, не разбудил, заснуть мы не успели. Около одиннадцати часов вечера старосты пробежались по комнатам, сообщая фантастическую новость — Гарри Поттер спас Джинни Уизли, уничтожив древний артефакт, контролировавший обитавшего в подземелье василиска. По замку бродят толпы авроров и невыразимцев, доступ в подземелья полностью перекрыт, зато в Большом зале намечается праздничная пирушка, на которую приглашены все желающие.
Тут уж не до сна.
Многие змеи и барсуки действительно сидели за своими столами в пижамах — их, похоже, вытащили сюда прямо из кроватей. Чтобы не мешали следствию. Барсуки кучковались вокруг Джастина Финч-Флетчли, на Гриффиндоре младшие активно приставали к Колину Криви и Грейнджер, настойчиво пытаясь выяснить, помнят ли они хоть что-то. За нашим столом тускло улыбалась в ответ на сдержанные поздравления Пенелопа Кристал.
Вошедшего в зал Поттера встретили восторженным ревом. Мальчишка, похоже, не ожидал, что его популярность достигнет новых вершин, и немного сжался. Зато идущий следом шестой Уизли с готовностью расправил плечи, шагнул вперед и принялся врать напропалую, перетягивая на себя внимание. Верить ему не верили, но слушали с восторгом.
Банкет продолжался до самого утра, сидеть за столами разрешили даже самым маленьким. Более того, авроры просили не расходиться и заворачивали обратно всех, пытавшихся покинуть зал. Говорили, что проклятый артефакт может быть не один, у василиска было гнездо, в замке работает комиссия по обезвреживанию опасных существ и не надо им мешать.