- Считается, что Кубок беспристрастен.
- Так оно и есть, - согласился я. – Артефакт старый, простой как лом и такой же надёжный. Ему нельзя сказать «выбери того-то», не послушает. Зато можно установить граничные значения, ввести критерии выбора, которые укажут нужную кандидатуру.
Турнир Трех Волшебников – событие политически значимое. Политики, за него отвечающие и его организовавшие, не имеют права доверить выбор участников случайности. Поэтому, скажем, Дурмстранг выставил Крама. Виктор популярен, за него будут болеть, он даже в случае поражения обеспечит школе благожелательное внимание прессы. Идеальный кандидат.
- А что насчет меня?
- С тобой сложнее. Наш чемпион, во-первых, должен быть тесно связан с Министерством, то есть кто-то из родителей, а лучше - оба должны являться чиновниками. Во-вторых, он, или его семья, не должны принадлежать к одной из влиятельных группировок. Гриффиндор и Слизерин в пролете почти целиком. В-третьих, личная сила, репутация среди сверстников, происхождение. Я отбрасывал кандидатуры до тех пор, пока не осталось всего две, твоя и Хелен Долиш с нашего факультета. Но Хелен не так сильна, и дядюшка у неё очень мутный тип – может отомстить за племянницу, случись что. Ты выглядел предпочтительнее.
- То есть обычный расчет, - медленно выговорил Седрик. – Я-то думал…
- Что? – мне стало интересно.
- Неважно, - тряхнул он головой. – Мне казалось, ты что-то узнал особенное. У тебя же какой-то близкий родственник в отделе международного сотрудничества работает.
- Дядя Кеннер. По уши Непреложными обвешан, да и не того он полёта птица.
- Понятно.
Пока он молчал, я прикидывал, насколько успешно навешал ему лапшу на уши. По всему выходило, что успешно. Абсолютно всё, сказанное мной, легко проверить и звучит убедительно, то есть подозрения вызвать не должно.
Диггори прекратил зависать и поднял голову:
- Что думаешь про Поттера?
- Если ты про то, сам ли он подкинул бумажку в Кубок, так у нас на Рейвенкло составлен длинный список организаций и лиц, которым выгодно участие Поттера в Турнире. Когда я его видел в последний раз, в нём было тридцать два пункта. Я думаю, что Поттер бы не смог. Даже если бы он каким-то чудом сумел преодолеть заклятье Дамблдора, то откуда узнал о способах корректировки сознания Кубка?
- Конфундус…
- Кубок создавался с учетом подобных заклинаний. Стандартными методами его не прошибешь, а специализированные Поттеру узнать просто негде.
- Вообще-то все его предки были артефакторами.
- Угу. Только наследство он получит после полного совершеннолетия, в семнадцать. До того его кругозор ограничен школьной программой. Да и давай откровенно – Поттер, конечно, силён. Но совсем не умел. Сам знаешь, какие у него оценки.
- Это уж точно, - усмехнулся Седрик.
- Ладно, - соскочил я с подоконника. – Если больше вопросов нет, то пойду. Ты как, к первому этапу готов?
- Непонятно, к чему готовиться, - скривился барсук. – Крауч говорил о проверке смекалки. Понятия не имею, что он имел в виду.
- Ну, в прошлых Турнирах обязательно участвовала всякая живность, - сообщил я то, что он наверняка и так знал. – Хагридовы соплохвосты к ноябрю не вырастут, уже хорошо. А вообще – ищи подсказки. Директор и другие посвященные, конечно, под обетом молчания, но намёк наверняка постараются дать.
- Хорошая мысль, - с серьёзным видом кивнул он. – Спасибо.
Соплохвостов в моей жизни стало как-то много. Правда, их самих стало мало, пусть они и выросли, уже больше метра в длину. Их убыль я списывал на естественный процесс, жрут друг друга они с удовольствием, но всё оказалось несколько сложнее.
- Сто галлеонов за парочку, - озвучил цену Хагрид. – Эксклюзив, значит. Понимать надо!
- Какой эксклюзив, Хагрид? – пусть деньги не мои, промолчать я не смог. – Их у тебя уже куча народа купила. Давай за полтинник.
Простоватую манеру общения с учениками, став профессором, лесник не изменил. Выглядело бы смешно, начни он требовать обращаться к нему со всем положенным пиететом. Однако совсем фамильярничать не позволял.
- Они, эта, не размножаются. Министерское требование.