Помнящие прошлую войну кланы и недавние иностранцы, отслеживающие ситуацию в стране по сторонним источникам, чувствовали растущее напряжение и готовились. Без спешки, не зная, к чему конкретно. В отличие от семей, связанных с Министерством и предпочитавших верить ему. Откуда знаю? Выяснил из разговоров о прошедшем лете. Мы всё-таки выбрались из купе и сходили, навестили знакомых.
В первую очередь, разумеется, зашли в купе к нашим дамам, где с некоторым удивлением узнали, что старостой девочек назначена Падма Патил. Ничего против неё не имею и понимаю, чем руководствовался Флитвик, но всё же кандидатура странная.
- Я думал, старостой станешь ты или Мэнди, - тихонько шепнул на ушко Мораг, когда остальные отвлеклись.
- Декану не нужен конфликт на факультете, - так же тихо ответила она. - Мы бы разругались вдрызг. Так что Падма подходит лучше всех.
- Ты не разочарована?
- Не особо, - пожала плечиками девушка. – Год обещает быть сложным, а мне дед строго приказал не высовываться.
- Похоже, всем это приказали.
- Из наших – возможно, - согласилась Мораг. – Слизеринцы, напротив, будут стараться привлечь внимание. Гриффиндору что приказывай, что не приказывай – всё едино.
- Ты забыла про барсуков.
- Я не забыла. Просто не знаю, чего от них ждать.
Хаффлпаффцы предпочитают медлить, пока компромисс не достигнут. Это их слабость, но в том же и сила, потому что, когда общее мнение сформировано и решение принято, любая преграда просто сносится объединенной волей толпы. Сейчас они не будут делать ничего. На факультете много детей из семей Министерства и не меньше детей из кланов, есть представители аристократии и их вассалы, хватает магглорожденных. Что интересно, туда крайне редко попадают иностранцы, точнее, не-белые, хотя смесков с итальянцами или испанцами встретить можно. Практически все барсуки относятся с уважением лично к Дамблдору, вместе с тем сомневаясь в его идеях насчет большей интеграции с миром простецов. Вряд ли им нравится развернувшаяся на страницах газет истерия, но вмешиваться они не станут.
К хаффлпаффцам я тоже зашел. В самом конце пути, за полчаса до остановки, когда миновала опасность застрять на чаепитии в скромной компании из двадцати человек. Пообщался с Фраем, перекинулся парой слов с другими знакомыми. Прошлый год здорово повысил мне репутацию среди черно-желтых. Не знаю, что конкретно наговорил обо мне покойный Диггори, только моё мнение по тем или иным вопросам они теперь слушают более чем внимательно.
Полумну я встретил уже в Большом зале, до того она успешно где-то проворачивала свои малопонятные делишки. На фестралов любовался из всей нашей компании в одиночестве, хотя некоторые другие рейвы и хаффы нет-нет, да поглядывали в сторону похожих на обтянутые кожей скелеты животных. Никто не знает, откуда эти волшебные лошади взялись. Большинство исследователей склоняется к искусственному происхождению, приписывая их создание химерологам Ирландии с поддержкой Зимнего Двора. По понятным причинам, уточнить, правда ли это, невозможно.
Пространственные чары позволяли усесться за столами всем ученикам Хогвартса одновременно. Шум, гам, приветственные возгласы тех, кто по каким-то причинам не нашел друг друга в поезде. Наши поздравляли (кое-кто – с кислыми лицами) Голдштейна и Падму, обменивались новостями, искали друзей с других факультетов. Многие с интересом рассматривали учительский стол, отмечая перестановки в преподавательском составе. Отсутствовал Хагрид, вместо него на перроне первокурсников встречала Вильгельмина Граббли-Дерг, знакомый нам специалист. Ученики, изучавшие Уход за магическими существами, выражали легкую озабоченность – лесник им, во-первых, нравился своей непередаваемой манерой преподавания, во-вторых, был жестким практиком и учил тому, что в жизни реально пригодится. Их оппоненты жаловались на легкое косноязычие и любовь заложить за воротник, изредка приводившие к срывам занятий.