После завершения экскурсии пригласил командира порта к себе в каюту, где уже сервировали стол, и под французский коньяк поведал ему о путешествии вокруг Европы с выпавшими на нашу долю приключениями. Врать и скрывать что-либо было бессмысленно, поскольку кто-то из команды все равно разболтает. К чести Новосильцева, он не стал уподобляться некоторым нашим чинушам, преклоняющимся перед Европой, а начал расспрашивать исключительно о технической стороне дела. Не возмущался «Да как Вы посмели?!» и все в таком же духе. Особенно его заинтересовал проход Босфора ночью без лоцмана в условиях плохой видимости, после чего он смотрел на меня уже совсем по-другому. Подумав, изрек.
- Удивили Вы меня, Юрий Александрович! Не предполагал, что такое вообще возможно. Хоть мне и не положено такое говорить, но все Вы правильно сделали. Ничем хорошим для Вас этот суд в Константинополе бы не закончился. Уж англичане бы постарались. Знаю я их подлую натуру. Но что Вы собираетесь дальше делать? После такого афронта появляться в Турции Вам и вашему пароходу больше нельзя. Думаете использовать его в коммерческих рейсах между нашими черноморскими портами? Такое тоже возможно. Здесь работы хватит.
- Нет, Георгий Вадимович. У «Лебедя» другое назначение.
- Вот как? И какое же, если не секрет?
- Крейсерские операции на морских коммуникациях противника.
- Что, простите?! Я не ослышался?
- Не ослышались. А теперь слушайте внимательно. Скоро об этом и так все в Одессе узнают. Но лучше, если Вы узнаете раньше всех...
И я выдал обработанную версию начала войны. Без лишних подробностей. Только то, что теоретически может узнать по своим каналам коммерсант от своей агентуры в Константинополе. Надо сказать, что услышанное Новосильцева не удивило. Очевидно, у него тоже хватало своих агентов среди одесских контрабандистов, постоянно шастающих между Одессой и турецким побережьем. И рассказанное мной лишь дополнило картину. Но если сказал А, то надо говорить и Б. Озвучил ему свой план обороны Одессы и делания пакостей противнику. Заодно подбросил идею создания отдельного крейсерского отряда из вооруженных коммерческих пароходов, базирующегося на Одессу, и лишь номинально подчиняющегося командованию Черноморского флота в Севастополе. А ему лично предложил возглавить эту «сборную солянку», как командиру одесского порта. Причем формально он ничего не нарушает — пароходы должны охранять Одессу от атак противника со стороны моря. Но ведь охранять можно по-разному... И вот тут Новосильцев меня удивил. Да так удивил, что я подумал, не наврали ли историки в моем мире. И был ли в нем вообще такой человек — отставной капитан первого ранга Новосильцев.
- Очень, очень интересно, Юрий Александрович... Признаться, своим рассказом о грядущей войне с Турцией Вы меня не удивили. Чего-то такого я ждал. Но вот то, что господа европейцы могут вмешаться... А ведь могут, мерзавцы! Значит Вы хотите бить турок на море, используя прорехи в наших законах? Ведь команда вашего парохода, да и других коммерческих пароходов — некомбатанты. И формально вы не можете принимать участия в военных действиях. Иначе противник может обвинить вас в пиратстве в случае попадания в плен.
- Не совсем так, Георгий Вадимович. Некомабатанту не запрещается использовать оружие в целях самообороны. Что нам прикажете делать, если турки на нас нападут? Сдаваться, если даже у нас есть возможность оказать сопротивление?
- Ох, на тонкий лед Вы ступаете, Юрий Александрович... Но в целом я с Вами согласен. Идея очень интересная. Собрать все купеческие пароходы в отдельный отряд и сделать его формально отрядом для защиты одесского порта. Поскольку Севастополь далеко, и если противник подойдет к Одессе, то из Севастополе помощи можно и не дождаться. А там как бог даст... Но ведь может прийти приказ из Севастополя — отдать в распоряжение Черноморского флота все пароходы!
- Георгий Вадимович, Вам ли объяснять, как это делается? Могут возникнуть непредвиденные поломки с машинами пароходов, или еще что-нибудь. А там время пройдет, и многое поменяется.
- Не понимаю Вас, Юрий Александрович. Вы предлагаете мне отказаться выполнять приказ командующего Черноморским флотом?
- Георгий Вадимович, давайте договоримся. Я ничего не говорил, а Вы ничего не слышали. Расскажу Вам кое-что, только не считайте меня фантазером. Потом убедитесь, что я был прав.
- Вот как?! Интересно! Надеюсь, ничего противозаконного Вы мне предлагать не будете?
- Не буду. А теперь слушайте. Приказывать Вам что-либо, как офицеру, командующий флотом не может. Вы в отставке, и в данный момент находитесь на гражданской службе. Да, в Севастополе могут потребовать мобилизацию всех пароходов с передачей их флоту. Но это вовсе не значит, что все пароходы по щелчку пальцев окажутся в исправном состоянии. Поэтому с легким сердцем можете отписать в Севастополь, что дескать мы бы и рады, но... А теперь о главном. Георгий Вадимович, как бы неприятно для Вас это не звучало, но наш Черноморский флот не сможет выстоять против объединенных сил противника. Если бы речь шла только о турецком флоте, это одно. Но если сюда пожалуют еще и англичане с французами... Боюсь, что нашему флоту придется туго. Все закончится тем, что его очень быстро блокируют в Севастополе. И никаких активных действий он вести не сможет. Поэтому, если отдать все пароходы в Севастополь, то они там и простоят всю войну.
- А в Одессе, стало быть, не простоят?
- А это будет зависеть от нас. Я на своем «Лебеде» смогу устроить веселую жизнь противнику. Вы уже убедились, что кое-что в морском деле я понимаю. Вы же сможете подобрать команды на другие пароходы, назначить на них толковых капитанов, имеющих авантюрную жилку, и пусть они делают то же самое. Сами можете осуществлять командование всем отрядом, оставаясь на должности командира одесского порта. Ну и что, что пароходы будут под коммерческими флагами? Во время войны с Наполеоном у нас уже было народное ополчение. В американских штатах есть похожая структура — милиция. По сути то же ополчение из вооруженных штатских, помогающее регулярной армии. Но кто сказал, что народное ополчение обязано быть исключительно сухопутным? Почему мы не можем вооружить коммерческие пароходы и вносить посильную лепту в разгром врага?
- Интересная постановка вопроса, никогда о таком не слышал... Морское народное ополчение... Пожалуй, в этом что-то есть. И при желании можно даже лазейку в законах найти, чтобы все юридически обосновать... Но почему Вы так уверены, что одесский порт не подвергнется блокаде? И наши пароходы смогут выходить в море, не опасаясь быть сразу же уничтоженными превосходящими силами противника? Ведь у англичан и французов паровых военных кораблей хватает.
- Одессу попытаются блокировать. И ничем хорошим эта затея не закончится. В трюме «Лебедя» есть новые пушки нашего завода, которые Военное ведомство отказалось принимать на вооружение из-за их дороговизны. Но я согласен безвозмездно передать орудия гарнизону Одессы с условием, что они будут обслуживаться моими людьми, которые хорошо знакомы с этими пушками. Система принципиально новая. Поверьте, если противник сюда сунется, то кровью умоется.
- Интересно... Что же там за чудо такое? Сколько орудий и какой калибр?
- Восемь орудий на полевых лафетах. Калибр двадцать четыре фунта. Но стволы нарезные и заряжание с казны. Стреляют цилиндрическими остроконечными бомбами. Взрыв при попадании в деревянный борт корабля получается такой силы, что образуется пробоина больших размеров и разрушаются связи корпуса. Высока вероятность возникновения пожара. Дальность стрельбы до пятидесяти кабельтовых. Правда, рассеивание получается значительное. На дистанции же в восемь кабельтовых можно бить прямой наводкой в борт. Скорострельность четыре выстрела в минуту.