Осмотрелся по сторонам. Все тихо. Подхожу к знакомой двери и стучу условным образом. Вскоре дверь распахивается и меня встречает Жан Дюбуа собственной персоной. Во всяком случае, я знаю его под таким именем. Хотя уверен, что оно не единственное. По его виду ясно, что столь позднего визита он не ждал и сейчас гадает, что стряслось. Ладно, поиграем…
– Добрый вечер, месье Дюбуа!
– Добрый вечер, Шарлотта! Что случилось? Какие-то проблемы?
– Пока еще нет, но могут возникнуть. Может, не будем говорить на пороге?
– Заходите…
Проходим в гостиную, где я слово в слово повторяю версию, озвученную французскому начальству. Дюбуа задумывается на какое-то время.
– Наглец, ничего не скажешь… Но по-своему он прав. Я бы тоже предпочел не связываться с первым встречным, кто назовет пароль. Когда он собирается уезжать?
– Через несколько дней. Как только уладит все вопросы в арсенале и выяснит возможность добраться морем из Марселя до Генуи. Возвращаться по суше через всю Францию у него никакого желания нет.
– А у кого бы в здравом уме оно появилось? Опять Францию трясет от очередной революции… Ладно, что-нибудь придумаем… Продолжайте работать с месье Давыдовым. Вот вам, как обычно…
Получив от начальства гонорар, отклоняю предложение остаться до утра, чтобы не рисковать нарваться на уличных грабителей, и покидаю дом месье Дюбуа. Больше мне здесь делать нечего. Как я ни пытался наводящими вопросами узнать побольше, ничего не получилось. Оба босса – калачи тертые, лишнего не болтают. Ну и ладно. По крайней мере, удалось лично поговорить с обоими и отвести подозрения от себя любимого. В смысле – от месье Давыдова, тушка которого сейчас дрыхнет в удобной постели. А с этой тушкой пора заканчивать. Она отработала все, что могла…
Ночными улицами добираюсь до приморской части города с выходом к воде. Наконец-то нахожу укромное место, где никто не помешает. Мне надо создать видимость разбойного нападения. Конечно, в моем мире такая инсценировка не прокатит, но здесь пройдет на ура. Швыряю в воду полученное от Дюбуа золото. Туда же отправляется кошелек с карманными деньгами, все ювелирные украшения и оружие. Оставляю лишь кинжал. Достаю АДМ, велев Гансу приготовиться и заблокировать все болевые рецепторы. После чего разрываю на себе платье и бью кинжалом в печень. Убедившись, что рана смертельная, швыряю кинжал подальше в море. Всё… Игра окончена…
– Ганс, забирай меня «на борт». Шарлотту пересади обратно в ее тело. Оставь ее в бессознательном состоянии.
– Принято.
В следующее мгновение прихожу в себя «на борту» АДМ. Ганс завис над лежащим на мостовой женским телом, под которым быстро расползается лужа крови. Прощай, Шарлотта. Ты уйдешь за грань без мучений. Это все, что я могу для тебя сделать. С такими ранами долго не живут. Я не хотел тебя убивать. Ведь нам было хорошо вдвоем. Мы прекрасно проводили время, каждый играя свою роль и не нарушая правила. А после расставания с благодарностью вспоминали бы эти чудесные месяцы на Лазурном берегу. Но ты сама вынесла себе смертный приговор, попытавшись убить меня. А я такого не прощаю…
– Ганс, перенос прошел успешно. Сколько ей осталось?
– От двадцати до тридцати минут. Рана очень опасная. Здешняя медицина в таких случаях бессильна. Даже если сейчас ее доставить в госпиталь, шансов нет.
– Понято… Поднимись над крышами домов. Подождем…
Вскоре все кончилось. На месте происшествия так никто и не появился. Утром тело Шарлотты обнаружат и сделают правильные выводы – женщина стала жертвой разбойного нападения. Видно, что она сопротивлялась, – одежда изорвана. После чего преступник нанес удар холодным оружием в область печени. А это гарантированная смерть через небольшой промежуток времени. Неясно только, что Шарлотта делала в этом месте в столь поздний час. И это заставит насторожиться как ее французских, так и английских хозяев. Но месье Давыдов останется вне подозрений. Поскольку достоверно установлено, что после ухода Шарлотты он своего дома не покидал и оставался там до утра. После чего отправился, как обычно, в арсенал по служебным делам. Не ведая, что видел свою возлюбленную в последний раз.