Испугавшись что повреждение серьезное уложил ее на снег. Осмотрев со всех сторон, не нашел ничего кроме вспоротого пуховика. Как гора с плеч свалилась. Улыбаясь, хочу привести ее в чувства, умыв снегом и не упустить шанс подтрунить над ней. Она не приходила в себя. Заметив на лбу испарину, приоткрытый рот и тяжело поднимающуюся грудь при вдохах, застыл на мгновение, не веря в то что мне опять придется ее от чего то спасать.
– Блядь, блядь! – закинув ее на руки, набрал Али
– Врача вызови в гостиницу!
– Что случилось?
– Тали без сознания.
– Сабит, что сможет сделать врач в гостинице? Вдруг ей нужны анализы, или обследование? Вези ее в больницу – мысли не проносились в голове стремительно. В моей черепной коробке билось только одно “Я опоздал”. Я был напуган и тонул в своей беспомощности. Кажется я даже слова забыл. Вырулив из узкого двора, втопил 120. Вдох, выдох
– Говори куда ехать!
Медсестры ведут себя как призраки. Даже шагов не слышно. Тишину режет ее неровное, тяжелое дыхание, видно с каким усилием грудная клетка вздымается и опадает. Писки датчиков злили. В прозрачные трубки катетеров, торчащих из ее тонких запястий что то вкалывают и этот зверский, сводящий с ума писк прекращался. Перестав реагировать на каждый звук вздрагиванием и учащением пульса, я натренировался как солдат, сидеть смирно и следить за датчиками на это ушли сутки. Чем реже они пищали, тем меньше лица входивших сюда врачей были напряженными и озабоченными.
Сидя рядом, как питбуль пассивно агрессивным взглядом провожал всех кто входил в нашу палату. Мне казалось что они только мешают, не дают ей сосредоточиться на выздоровлении, не дают ей возможности дышать. Стуча пяткой ботинка по кафельному полу, сдерживал себя из последних сил. Медлительная и нерасторопная медсестра уже несколько минут безуспешно пыталась что вколоть в трубку, а датчик мигал красным и мерзко пикал, давя на уши. Мне хотелось вскочить, ударить ее по кривым рукам, накричать и вытолкать ее отсюда, мышцы на ногах уже напряглись, готовясь к броску. На плечо ложится рука, в приветственном жесте
– Как она? – пожимаю плечами
– Сказали ждать! Если не придет в себя …– не могу говорить, горло сковывает горящим кольцом
– Она и не из таких предряг выкарабкивалась. Врачи любят преувеличивать –опускаю голову касаясь лбом ее ледяных рук, которые совпадали с цветом стен больничной палаты, мелкие вены словно фиолетовые русла рек слишком отчетливо выступали из под нездоровой белизны – В прошлый раз нас убеждали что она не выживет! – слышу улыбку в голосе – А она сбежала из больницы, на своих двоих обворовав твоих охранников.
– Твоих охранников! – уточнил я, медсестра наконец - то справившись с элементарной задачей, бросила настороженный взгляд в нашу сторону и с недовольным видом вышла из палаты.
– Ты ел? – мотнул головой – Принесу кофе и сэндвич – думать о своих желаниях сейчас не получалось. Весь сосредоточился на Тали, на том как она дышит, как бьется ее сердце. Она стала чем то большим, и я никогда не признаюсь в этом ни ей ни Али. Это слабость, которой я позволю существовать еще какое то время. Пока ее глаза не откроются. Пока наше противостояние не зайдет на новый виток. Пока наша борьба не сожжет нас.
Забравшись к ней, я отметил какой маленькой она была на этой широкой кровати. Бережно привлек к своей груди. Впервые сделав это добровольно, будто бы даже ощутил трепет. Мне захотелось ее обнять, почувствовать ее рядом. Импульсивно придурковатые поступки, не заканчивались для меня хорошо, никогда.
Безотчетный страх, что закусил мной еще ночью, у дома Тали, продолжал пережевывать меня в уродских, кривозубых челюстях. Мне было нечеловечески страшно, от ужаса и паники, которые я испытал увидев ее в этом проулке. Одинокой, беспомощной, испуганной, погибающей. Такие эмоции чужды мне, у меня нет ничего общего с ними. Это может испытывать слабый человек, не я, не к ней. Рядом с ней всегда есть ощущения что все выходит из под контроля.
Глава 3 Сабит
Если она не очнется? А что будет когда она проснется? Сейчас она была в моей власти, под моим контролем. Моя рука покоилась над ее сердцем, оно билось медленно, устало качая кровь. Я мог своими глазами наблюдать за ее беззащитностью, которая была ей к лицу. Прижался к ней, вдохнул глубоко запах ее волос. Как в первый раз, в домике Рияза и тогда же получил первую пощечину.
– Помоги мне колючка! Хотя бы подскажи, дай намек как тебя спасти из этой бездны! – шептал ей в самое ушко. Момент уединения был разрушен. Словно светящиеся стены солнечного замка, окружившие нас в эту секунду, дающие нам защиту от всего и всех, сгорели в одну секунду и опали к нашим ногам пеплом.