– Мы не можем здесь задерживаться. Все чем мы располагаем, 12 часов.
– Вот тогда и приходи – прорычал старик – А теперь, уходите отсюда – дверь открылась и в палату ввезли каталку. Скользнув взглядом по девушке, я вышел из вмиг ставшего душным и крошечным помещения.
Упрямый старик. Скрипнув зубами, пнул кулер стоявшей в коридоре. Ну и что мне твою мать сделать, остановить мир ради этой девченки? Охрана закрыла часть коридора где я бушевал, Али стоял в стороне наблюдал и ждал. В груди пекло от злости, стукнув костяшками в стену, зарычал. Что ты наделал? Что? Как же мне хотелось подняться в охрененно красивый пентхаус и всадить пару стальных кулаков в его нахальную морду. Чтобы до него дошло, что это уже не разбой и грабеж и теперь ни я, ни тем более отец, не сможем ему помочь. Мы ждали и пока ждали новостей от Рияза, я занимался удалением любых следов нашего пребывания здесь. К назначенному времени Рияз, разрешил перевозку. Состояние стабилизировалось и мы могли смело лететь домой.
Гул самолета давал надежду что скоро я окажусь на своей земле, вдохну знакомый сладко соленый воздух. Месяц, на территории Изи высосал все соки из меня. Я благодарил бога что отец еще полон сил и энергии и пока не собирается отходить от дел. По видеосвязи он меня убеждал что в полном порядке, что не чувствовал себя так хорошо уже много лет. Его душевный подъем и наличие хорошего настроения были напрямую связаны с тем что я после долгих уговоров решил жениться. Отец вкладывал в это решение свой смысл, а я знал что делаю это только на благо Марабада. Без тех средств что мы можем получить от полного и единоличного владения шахтами, Марабад действительно может прийти в упадок. Это бизнес и ничего личного. Сейчас предстояла не самая простая задача. Дождаться когда Тали придет в себя и поговорить с ней один на один. У меня есть четкий план действий и я был уверен что она согласится на мои условия. Моя уверенность в своих действиях и как я все провернул, опьяняла и я был в предвкушении сегодняшней ночи. Мое тело вибрировало от ожидания приятной встречи. Месяц, 32 дня я не ощущал под ногами ничего кроме сухого горячего песка. Я не был дома, не слышал крика чаек, не сидел на набережной под моросящим дождем, не обнимал отца, не вел с ним долгих ночных бесед под треск огня в камине. Мне хотелось вытряхнуть весь песок пустыни что осел на мне и во мне за этот долгий месяц и немного остыть. Насладиться бурными водами Гродейского моря, оно сейчас только входило в беспокойный зимний сезон.
В Марабаде глубокая осень, море стало темным и уже не переливалось лазурью на ярком солнце. Над головами все больше повисали тяжелые свинцовые облака вперемешку с белой ватой, лучи солнца если и пробивались сквозь сталь, то не были так обжигающе палящими как летом. Набережные города обволакивал молочный туман, терпкий запах сушеной гвоздики и красного перца. Кофевары щедро добавляли специи в кофе, который с наступление холодов продавался литрами. На длинных выложенных красным мрамором набережных, гуляли парочки, крепко сжимая стаканы с горячим напитком в руках, и набережная напоминала движущуюся цветочную клумбу. С наступлением осени, люди моей страны надевали яркие шарфы и шапки, так они разбавляли непривычную блеклость природы.
– Машина скорой ждет у трапа, охрану в больнице выставили, дополнительные тревожные кнопки установили, персонал проверили.– не отрывая взгляда от иллюминатора вполуха слушал Али
– Я знаю что ты все сделаешь как нужно, зачем мне подробности? Мы дома, порадуйся – трепет разливался в теле от предвкушения сегодняшнего вечера и ночи, я не мог перестать улыбаться
– Хочу чтобы ты был в курсе. Я приложу все усилия чтобы ничего не просочилось в прессу.
– Ты уверен что с ней все хорошо, этого достаточно! У меня к тебе другой вопрос – радостно хлопнул в ладоши, подвинувшись на край кожаного кресла – Не хочешь сегодня прокатиться в клуб? – глаза Али метали молнии – Прекрати – взмолился я – С ней ничего не случится, Рияз и еще десяток врачей о ней позаботятся. Они обойдуться и без меня и без тебя тем более. Ведь главное, она здесь, а отсюда ей никуда не дется – запрокинув руки за голову, упал обратно в приятную глубину кресла, мечтательно улыбнулся, радуясь что я справился, и дело осталось за малым
– Ты доволен?
-Да, очень. Все обошлось меньшими жертвами. И закончится как только она придет в себя. Если будешь утром молиться, упомяни об этом – подметил я, уверенный что еще до восхода солнца брат будет в Махате.
-А что потом?