– Зачем приехал? – голос дрожит, выдавая мое волнение. Он же как зверь чувствует это и думаю уже потягивал носом ощущая сладкий запах моего безотчетного страха
– Даже не поздороваешься? Ты нарушаешь весь этикет! – усмешка сквозила в каждом слове. Даже не видя его, я точно знала как небрежно он раскинул ноги в стороны, как по свойски закинул руку на сиденье и скучающим взглядом провожал мелькающий за окном антураж
– Мое неуважение тебя задевает? Не стоило приезжать. Открытку с адресом я не присылала.
– Меня раздражает твое упрямство и своеволие. Если бы это зависело от меня, я бы в жизни не приперся в эту крысиную нору. Как здесь вообще можно жить?
– Так убирайся отсюда, исчезните из моей жизни. Ты и все твои прихвостни и прихлебатели. Оставьте меня в покое. Перестаньте меня выслеживать и пытаться вернуть.
– Ты прекрасно знаешь что я не могу, даже если бы и очень хотел. Дело не в моих и твоих желаниях, дело…
– Да я помню – грубо, наперекор этикету перебила его. За это можно получить 10 ударов плетью. Изи бы так и сделал. Руки сжались в кулаки и я зажмурилась. Зачем, зачем я вспоминаю этого человека? Почему я вообще их всех вспоминаю и связываю со всем что происходит в моей жизни, провожу глупые параллели, все еще пытаясь найти оправдания их поступкам и низости? Почему я не успокоюсь и не перестану как умалишенная, искать что то хорошее в этой истории? Али прокашлялся, возвращая меня в реальность – Дело только в интересах твоей страны, да я помню! Все дело только в этом – стараясь говорить как можно безразличней и тщательно скрывать горечь, просачивающуюся сквозь меня. Неоспоримый факт, что есть вещи важнее меня и всегда будут, все еще причинял странную ноющую боль
– Именно – издевательски подтвердил он – Только это и важно – добавил, прищелкнув языком, словно хлыстом прошелся по спине. Ненавижу, ненавижу, ненавижу! Мне больно! Мне опять причиняют боль, а я молчаливо терплю. Отрываю руку от колена она трясется , словно меня лихорадит . Организм уже знает что это предвестник панической атаки. Рука судорожно ныряет в рюкзак, пытаясь на дне отыскать таблетки. И сейчас меня от еще большего унижения отделяет всего 30 секунд. Дыхание учащается и легкие не успевают за вдохами. Зажмуриваю глаза, встряхивая головой, стремясь прогнать муть в глазах. Али бросает встревоженный взгляд в мою сторону
– Госпожа – в присутствии цербера, он всегда официален – С вами все хорошо?
– Смотри на дорогу – прорычала я – И прибавь скорость – проглатываю маленькие розовые кругляши. Замираю в ожидании. Непривычно приятное действие таблеток, словно меня качает на маленьких волнах, а в голове разжимаются пружины
– Что ты принимаешь? – спрашивает цербер за моей спиной. Оооо, этот приказной тон, обожаю когда он на него переходит. Тогда вступать с ним в контры еще увлекательней. Я стала эмоциональным наркоманом, и сейчас Сабит справлялся с этой задачей со звездочкой на отлично. Желание сыграть с ним в эту веселую игру, велико, искушение пробирается под кожу. Его высокомерный, уничижительный тон, пренебрежительные фразочки, в мой адрес, придают сил и я терплю. Терплю изо всех сил, сжимая челюсти и скручивая лямку рюкзака до боли в пальцах.
– Найди способ, передачи всего что необходимо тебе. Меня не волнует какой. Просто найди его. Я подпишу все что скажешь. Не хочу вас видеть. Всех вас. Никогда – слова давались тяжело, мне их приходилось выталкивать с нажимом. Губы отказывались шевелиться и выплевывать звуки.
Слабая, кривая улыбка растянула мои губы. Цербер был зол, взбешен и это ощущалось даже затылком. Все дело в неподчинение, я не упала в ноги в раболепной позе, умоляя простить и позволить вернуться под его крыло. В который раз отказывалась от его великой милости
– Что ты принимаешь? – пытаюсь дышать глубже, чтобы протолкнуть воздух в себя
-Али, быстрей! – умоляю я
-Говори со мной! Черт тебя побери– ударяет в кресло рукой, от чего сердце подпрыгивает к горлу и я инстинктивно сжимаюсь в ожидании удара, которого не последовало. До метро оставалось метров сто, я видела зеленую светящеюся букву “М”. Мы приближались к пешеходному переходу, Али сбавил скорость – Не смей ее выпускать! – рычит он. Слышу щелчок блокировки двери и фактически вываливаюсь из машины.
Подземка и толпа, просто нескончаемая река людей которая меня укроет. Быстро перебираю ногами, опасаясь что меня схватят, утянут в эту черную дыру и я уже точно никогда из нее не выберусь, пропав в ней навечно. Врезаясь в поток, который утягивает меня под землю, лавирую между людьми, обгоняя всех кто встречается на пути. Вокруг все в черном, спрятаться не составит труда и слившись с массой, позволяю ей нести меня, дальше и дальше. Пытаюсь успокоиться. Дрожь во всем теле не унимается, мои мышцы на ногах привыкшие к долгим пешим прогулкам, сейчас превратились в желе и отказывались слушаться. В голове пульсировали мысли “Я не могу, не могу вернуться” “Меня уничтожат, сотрут”. Все время оглядываюсь по сторонам, в поисках слежки. Ощущаю себя затравленной ланью, которую уже подстрелили, а за мной тянется кровавый след и этот след приведет охотников ко мне для контрольного выстрела.