– Госпожа? – шепотом позвала Нуртен.
– Входи, Нуртен! – пригласила я ее без стеснения.
– Доброе утро, моя Госпожа! – улыбнувшись сказала она.
– Доброе утро, Нуртен!
– Как вы себя чувствуете? – поинтересовалась она. Пожав плечами оставила вопрос без ответа.
– Чай, будет поддерживать Вас и не даст сильно страдать от голода. Я завариваю его на травах. Вот свежее платье, – протянула она
– Что нужно сделать?
– Надеть его! – ответила Нуртен, посмотрев на меня как на непонятливого ребенка.
– Я спрашиваю про чай.
– Господин не велел вас тревожить.
– Нуртен, скажи что мне нужно сделать, – настойчиво сказала я.
– Вам нужно напоить Господина чаем.
– А когда закончатся переговоры?
– Этого никто не знает. Я очень переживаю за Сабита, – всплеснула руками Нуртен. – Он крупный мужчина, четверо суток без еды. А если ему станет дурно перед министрами и советниками? Это будет выглядеть.. – продолжала причитать Нуртен, чем начала меня раздражать. Я не привыкла к подобным нежностям. Мне все это было дико и странно. И ее нарочитая забота, казалась неестественной и слишком навязчивой.
– Хорошо, Нуртен.
– Ни в коем случае не стучите, – назидательно предупредила она. – Вы хозяйка этого дома. Вы хозяйка Господина и он вам подчиняется! – я слушала Нуртен и не воспринимала ее слова за истину. Все эти высокопарные слова и восклицания, для меня окрасились в красный. Всюду ложь и двойное дно. Сабит принадлежит только себе как и Изи, и так было всегда. – Вы можете заходить в любое помещение этого дома, без предупреждения и стука. Находиться где захотите и столько сколько захотите, никто не имеет права вам это запретит, даже Господин! – продолжала распевать она дифирамбы их идеальному строению мира и взаимоотношениям между мужчиной и женщиной. И все же, я не понимала с чего такие почести мне? Если я еще не жена, а только невеста. Я все еще могла отказаться от брака, если найду альтернативу.
– Хорошо, – прервала я ее поток возвеличивания моей персоны. И внезапно меня посетила великолепная идея. Эта женщина знает Сабита лучше, чем кто бы то ни было. Она знает о его жизни все, и возможно, если я правильно задам некоторые вопросы, то и ответу получи те, которые мне нужны. Обойдя ее я вышла из тесной ванной комнаты и сделала вид, что ухожу, но после, словно остановилась на половине пути и пряча глаза, спросила:
– Нуртен, ты ведь вырастила вашего Господина? – я все еще не могла произносить его имя вслух. Мои губы просто не складывались как нужно, чтобы произнести его.
– Да, – улыбнувшись сказала она и следом за мной вышла из ванной.
– Можно задать тебе пару вопросов? Я так мало о нем знаю, а спрашивать такие вещи в лоб не удобно, – я пошла на хитрость и возможно подлость, обманывая женщину, которая не замышляла лично против меня ничего плохого. Но иначе не выйдет, выбраться отсюда. После моих слов она вся расцвела и взяв меня за руку повела к камину в кресла.
– Я думала Вы никогда не спросите, – похлопав меня по руке, прошептала она. Я сжала челюсти от ее прикосновения, но стерпела и не вырвала руки. – О чем бы ты хотела знать?
– Был ли он влюблен? Возможно это и сейчас так, а наши обязательства заставляют его изменить своему сердцу? О чем он мечтает? Какую музыку любит? – первым я задала основной вопрос, а последующие не имели для меня никакого значения, только для отвода глаз.
– Влюблён? – воскликнула она, и кажется задумалась. – Нет, он всегда знал свое предназначения и это был брак с Вами. Не думаю, что он решился бы на такую авантюру как влюбленность. Он серьезный мальчик, и на первом месте для него всегда был и есть долг.
Нуртен, так искренни верила в его верность, всему о чем говорила, что было как-то низкодушно, допытывать ее, прикрываясь благородной целью. А все дело было в банальной ревности и желании собрать верную информацию. Она продолжает все еще считать его мальчиком и это тоже коробило. В то время как он взрослый мужчина, совершал такие вещи, которые хорошие мальчики не делают.
– Я слышала о девушке по имени Измира, – сказала я без увиливаний. нуртен отшатнулась назад, слегка втянула голову в плечи, но через пару секунд, приняла обычное положение.
– Измира, друг детства. Они вместе выросли и если что-то и было романтическое, то еще в глубокой юности и ничего кроме стеснительных переглядываний. Я Вас уверяю, он чист перед вами.
– Спасибо, Нуртен, – улыбнувшись поблагодарила я ее и прекратила этот разговор. Если она что-то и знает, видимо мне не расскажет. А если не знает, то пусть Сабит для нее останется “Принцем Прекрасным”.
– Вы готовы? – поднявшись с кресла, спросила Нуртен. – На моем веку вы первая пара, кто совершает этот обряд! – меня словно в ледяную воду окунули таким междустрочным заявлением.