Махат, кто эта девушка? И что мне с ней делать? Это ее изощренная игра или продуманный план? Кто она? Она была в каком-то экстазе, и я вспомнил наш разговор про бармена. Так вот что она имела в виду. Теперь я мерил внутренним глазомером расстояние от нее до этих парней, которые с каждой минутой становились смелее. Я хотел рвануть и разогнать их компанию, но остановил себя. Нет, прекратить такое наслаждение для своих глаз я не мог. И я готов был всем вокруг простить, что они беззастенчиво пялились на мою … Подсознание само выкинуло это слово. Жена! Она моя жена! Пусть она этого и не принимает. Тогда почему я прячусь в темноте, как нашкодивший подросток? Почему не остановлю это? Возможно, потому, что со мной она никогда не была и вполовину такой расслабленной? Когда я рядом, она будто ждет нож в спину или подножку И все время как натянутая струна. Даже когда мы спали в ванной, она не расслабилась ни на секунду.
Мне нужно на свежий воздух. Махат, что со мной не так? Почему мне так больно и страшно? Охрана маячила рядом, готовая войти в любой момент в бар и забрать оттуда Тали. Нет, я не мальчик и уж с женщиной справлюсь сам. Вернувшись в темное помещение, сунул бармену свернутые купюры и попросил его удалиться вместе с немногочисленными клиентами. Выключив музыку, я повернулся к полкам с бутылками и бокалами. Я слышал, как она извинилась перед парнями и ушла в уборную.
Я ощутил странное предвкушение чего-то. Легкий трепет в груди от того, что сейчас будет. Какой будет ее реакция?
Она видит меня. И даже черты ее лица заостряются. Она шагает назад и вываливается под ледяной дождь. Выхожу следом, но двое ублюдков успевают быстрей меня.
– Не сметь, трогать, ее, руками! – рычу я, готовый уничтожить их. – Отошли!
Они отступают, почувствовав мою не скрываемую агрессию. Но мне хотелось, чтобы они ослушались моего приказа. Я хотел показать Тали, с какой яростью я готов защищать свое. Что я готов руками рвать глотки, если так нужно пометить свою территорию. Чтобы она поняла, кому принадлежит. Мне хотелось рычать, как животному и кричать “Моя”. Но она не была моей. Никогда. И она нутром знала это. Знала, что я слишком труслив, чтобы предъявить на нее свои права. Будто знала, что у меня не хватит сил, сделать это во всеуслышание. Так, чтобы это поняли не все вокруг, а она. Она одна.
Она поднялась на ноги и зашлепала по лужам в противоположную сторону от бара. Ей было все равно, что дул ледяной ветер и холодный дождь колол кожу. Она убегала от меня без оглядки.
Дернув ее на себя, затянул нас в проулок. Укрыл ее беззащитное тело своим пальто.
– Потанцевала? – я сдерживаю гнев. Я злюсь на тех, кто решил трогать мое.
– Было весело, – безразлично бросает она.
– Ты..у тебя… – я не могу подобрать нужных слов. – Посмотри на меня! – требую я. – Я хочу убедиться, что ты в порядке.
– И ты после этого уедешь?
– Да, – лгу я. Я не собираюсь отпускать ее. Я нарушил все обещания. Теперь она будет всегда со мной. Она как диковинная птичка с островов. Ею хочется обладать, владеть и чтобы пела так же красиво, как на воле. Ее хочется посадить в красивую большую клетку и любоваться ею, такой необычной и яркой. Мне хочется сжать ее в руках как можно сильней, чтобы она поняла, как я хочу обладать ею.
Она повернулась ко мне. Трогательная и слишком беззащитная. Мне стало больно от ее тоски в глазах. Дождь падал на ее лицо и шею. Капли стекали по ее солнечному сплетению, и ее не заботило то, что она мокрая до нитки. Мы стояли под дождем, смотря друг на друга и видя что-то друг в друге. Не из этой вселенной.
– Забери пальто. Простынешь, – шепчет она.
– Я не могу.
– Я цела и невредима! Можешь ехать, – она прижалась спиной к стене, словно пыталась отгородиться от меня. Я шагнул ближе не позволяя ей опять отстраниться и выстроить стены между нами. – Иди в машину С …– она не произносит моего имени. Она еще ни разу не обратилась ко мне по имени. Почему?
– Я уйду только с тобой!
– Я не могу.
– Долго мне ждать? – я вложил в этот вопрос столько смыслов и только после понял, насколько отчаянно это прозвучало. – Мне вообще ждать? – шепчу я подвигаясь ближе. Мне нестерпимо хочется ощутить ее тепло. Ощутить ее тело под своими пальцами. Я хочу чтобы она спрятала свои доспехи и стала такой, как пару ночей назад в моем кабинете. Мне казалось что это был сон. Мне хотелось вернуть испытанный восторг. Я запускаю руку под пальто и сжимаю ее бедро притягивая к себе. Она зажмуривается, словно от боли и уходит в сторону стараясь не касаться меня. Это причиняет мне боль.
– Не жди! – выкрикивает Тали на грани истерики. Слова упали в темном переулке, как гири на мою грудь. Мое дыхание сбилось. Я никак не могу собраться и стать собой. Безрассудным, жестоким и эгоистичным ублюдком. Таким каким был вчера, когда поехал к любовнице. Воспоминания об Измире оставили гадкую горечь на языке.