«Ты цел?» – спрашивал меня Рябчиков после того, как очередной исламист устроил теракт в центре Берлина. Да! И не морочь! Спросишь, куда бежать? Разве что в Антарктиду. Камин сгорел уже давно. Вместе с порталом. Примеру последовала Аляска, потекла вечная мерзлота с Альп, из Сибири. Юные беспокойные активисты организовали пикеты. Но будет ли толк? Насчет захоронения ядерных отходов немцы тоже давно шумят. Всякий раз, если материал готов к перевозке. Когда-то транспортники-утилизаторы подыскали местечко в краях, где во времена царя Гороха полабские славяне жили. Мотивируя тем, что именно в этом углу медвежьем был обнаружен подземный пласт соли. Пресловутый соляной купол, пригодный для того, чтобы радиоактивную жуть изолировать. Как нарочно, кусочек лесистый вторгался маленьким аппендиксом в тогдашнюю ГДР. К северо-западу от Берлина. Вполне себе провокация, причем двойная. В начале восьмидесятых борцы с такими планами, с намеченным могильником разбили табор в урочище и даже новое государство провозгласили – РСВ, Республику Свободный Вендланд. Дабы отбить у утилизаторов охоту к транспортировке. И где она теперь, эта РСВ? След простыл. Да, неугомонный народ периодически ложится на рельсы, чтобы остановить мусорный экспресс. Однако тут иной тупик получился: атомный дрек везут по-прежнему.
Ладно, оставим эти записи для шифлётки. Поскольку некуда с ними. Даже облаку или жесткому диску не доверишь. Пора брать пример с певцов, счастливцев, еврейских цадиков и часовщиков. Жить просто. Ориентироваться по звездам. Не наблюдать ни фриков, ни поездов, ни цветочников, ни раздачи булок. А если очень припечет и приспичит, спич толкнуть, допросить двух кошерных свидетелей, не начался ли новый месяц. Разузнать, как там обстоит с луной. Вышли ли вовремя на балкон очевидцы, заметили ли ее рождение. Эге-гей, очевидцы! Что скажете? Не рассмотрели, не поняли, темно было? Предположили Лилит? Лишь отражает, сама не светит. Так чиркнули бы спичкой, чтобы поджечь пыльную пепельницу. И выяснили, что происходит с календарем. Какие милые у нас? Да вот такие. На базаре не выбирали, но милыми провозгласили. Невзначай подвернулись. Сезоны и лилейные душки – вещи схожие. Что же произошло на выходе из скользкой зимы? Мы подвернули ногу или башмаком запустили, опустив башмак, перешли через блокпост Бабы-яги или сняли башмак с пути запасного? Не успели оглянуться, а литерный уже проследовал. И что в нем? Коровье бешенство, птичий грипп, мартышкина оспа, ковид, три первые буквы старинного слова «сволочь»? На дворе что-то на «в», что-то из литер «в», «р»… Вирус новоиспеченный, ансамбль Вирского или рать? Или апрельский ветер? Безбашенный, бесшабашный и лживый апрель. Хотя почему бесшабашный? Шабаш есть, ночной – в канун маевки. Все тот же Белтайн. Даже при торжестве вируса клубы закроют, а на Вальпургиеву, глядишь, разрешение выдадут, чтобы не нарушать право на проведение демонстраций. Пока суд да дело – урочный час для выхода на балкон – подудеть для соседей. Потом из Египта. Пока Белтайн не нагрянул. Летом слишком жарко, однако нонче – самое то. Егорий главный – тоже весенний. Другие не при делах, обаче нас предупредили.