— Иногда, — вмешался дедушка, — даже если все складывается не так, как ты хотела, есть смысл извлечь лучшее из ситуации. Тебе достался не такой уж плохой вариант. Есть шанс изменить себя, малышка.
— И кого же мне взять за образец? — сухо спросила я.
— Это решать тебе, — ответил Катчер. — Конечно, вампиром тебя сделал Салливан, но приносить клятву верности будешь — или не будешь — ты.
Дедушка ободряюще кивнул:
— Когда придет время, ты поймешь, как тебе поступить.
Я надеялась, что так и будет.
— Есть какие-нибудь новости в расследовании убийства Портер?
— Не слишком много, — признал он, покачивая ногой. — Мы не обнаружили никаких новых фактов.
— Зато раскопали весьма интересные слухи, — сказал Джефф и сделал паузу, чтобы проглотить кусок цыпленка. Затем кивнул дедушке. — На этой неделе Селина встречалась с мэром. По всей вероятности, она пыталась его убедить, что Дома не причастны к убийству.
— Морган мне говорил, что она не обвиняет в этом преступлении вампиров Кадогана и что за нападением стоит какой-то бродяга.
Мне пришлось рассказать о недавно завязавшейся дружбе с вампиром Наварры.
Дедушка, похоже, остался доволен и кивнул, а потом стал рассказывать о том немногом, что было известно о бродягах в Городе ветров. Оказалось, что сильных одиноких вампиров в Чикаго насчитывается около двух дюжин. Но тут зазвонил телефон. Дедушка откинул крышку, посмотрел на номер, нахмурился и приложил аппарат к уху:
— Чак Мерит… Когда? — Он сделал вид, что пишет, и Джефф мгновенно положил перед ним блокнот и ручку. Дедушка стал что-то торопливо записывать, время от времени бросая: — Хорошо. Слушаюсь, сэр.
— Мэр, — почти беззвучно прошептал мне Катчер.
Разговор продолжался несколько минут, потом дед, заверив мэра Тейта, что сделает необходимые звонки, захлопнул крышку телефона. Некоторое время он смотрел на блестящий прямоугольник в своей ладони, а когда поднял голову, лицо его выражало серьезное беспокойство.
— Еще одно убийство, — произнес дедушка.
Ее звали Патриция Лонг. Дедушка стал излагать детали, и мы слушали молча, опустив глаза, без каких бы то ни было шуток или сарказма. Жертве исполнилось двадцать семь лет. Жгучая брюнетка. Адвокат в международной фирме, имевшей офис на Мичиган-авеню. На этот раз тело обнаружили в Линкольн-парке после анонимного звонка в полицейский участок. Причина смерти та же самая — потеря крови вследствие ран на горле.
В этом случае имелась дополнительная информация. Звонивший сказал, что видел вампира, покидавшего место происшествия, — мужчина в желто-голубом бейсбольном свитере, с заметными клыками и пятнами крови на лице.
Катчер громко выругался:
— Бейсбольная форма может принадлежать Дому Грея. Это их фирменная одежда. — Он искоса глянул на меня. — Грей — спортивный фанат. Его вампиры не носят медальонов, как вампиры Кадогана или Наварры, — вместо этого, они повсюду ходят в футболках.
Дедушка кивнул:
— К несчастью, ты прав. Очень похоже на Дом Грея. На месте убийства ничего не обнаружено — ни медальонов, ни каких-то иных следов, которые могли бы привести к преступнику. Но полиция еще работает. — Он пристегнул телефон к поясу, не без труда справившись с замком своими артритными пальцами. — Этот случай отводит подозрения от Дома Кадогана и направляет их на Грея. Никто не хочет сделать ставку на то, что там, где напали на Мерит, не осталось улик, указывающих на Дом Наварры?
Все трое мрачно посмотрели на меня.
— Можно спросить у Этана, — сказала я. — Но мне он ничего не говорил.
Хотя Салливан мог иметь свои резоны не сообщать мне деталей. Ведь он до сих пор не уверен в моей верности.
— Если там что-то и было, — заметил Катчер, — это не означает, что улика указывает на преступника. — Я готов съесть свою правую руку, если обнаружится, что к убийству причастен Скотт Грей или кто-нибудь другой из его Дома. У них дружная команда и совершенно безобидная.
— Да, вряд ли это они, — согласился дед.
— Но и никаких улик, указывающих на бродячего вампира, тоже нет, — вставила я.
— Это не совсем так, — возразил дедушка. — Как только полицейские узнали о бейсбольном свитере, они послали пару офицеров к Грею. Когда те прибыли по адресу, на входной двери обнаружилась записка. Скотт еще не видел ее: у них нет наружной охраны, — возможно, они считают, что Дом образован относительно недавно и еще не нажил себе врагов. Их сообществу всего три года.