Честно говоря, их реакция меня удивила. Не интерес к моему рассказу, а то, что меня выслушали, несмотря на невольное нарушение церемонии коммендации. Я ожидала возмущения, презрения, но никак не дружеского участия.
Мы проболтали почти до утра, пока все другие посетители уже не разошлись, и тогда Шон и Колин — оставшиеся официанты и тоже вампиры Кадогана — благодушно выставили нас из бара. Мы разошлись к своим машинам, и я еще подбросила Линдси к Дому Кадогана. Всю дорогу она перечисляла достоинства и недостатки связи с молодыми вампирами. Под конец ночи, за несколько минут до рассвета, я вышла из машины и расхохоталась, увидев гигантский транспарант, вывешенный между окнами моей и Мэллори спален.
На полосе черной пластмассы крупными белыми буквами было выведено:
«КРИЗИС ПРЕОДОЛЕН!»
С одной стороны красовался череп со скрещенными костями, с другой — могильное надгробие.
Об авторстве приветствия гадать не приходилось. Охранники у дверей стояли с теми же бесстрастными физиономиями, с какими я их оставила. Думаю, шутка не произвела на них особого впечатления. Я прошла между ними, отперла замок, вошла в дом и снова заперла дверь.
В гостиной было пусто и тихо, но на столе лежала адресованная мне записка.
«Мерит,
Поздравляю тебя с торжественным событием. Надеюсь, что ты отлично провела время и решительно отказала Дарту Салливану. И еще надеюсь, что тебе понравился транспарант. Это не совсем то, что я хотела, но надгробие мне понравилось. Трудно подобрать достойный подарок той, кто только что обрел бессмертие.
Целую и обнимаю, М.»
Под запиской Мэллори имелись еще и каракули Катчера.
«Транспарант был ее идеей. К. Б.»
Я с улыбкой сложила записку, сунула в карман, прикоснулась пальцами к медальону и за мгновение до восхода скрылась в своей спальне.
ГЛАВА 11 Совет судейским и вампирам: никогда не задавай вопрос, если ответ, на него тебе неизвестен
— Вытаскивай свою задницу из постели!
Вторую ночь подряд? Я застонала и накрыла голову подушкой:
— Я хочу выспаться.
Подушку с меня сдернули, а к уху прижали мобильник, откуда кто-то громко закричал:
— Вытаскивай свою задницу из постели и немедленно кати в Дом! Не знаю, какую непыльную работенку ты ожидала, но мы здесь отрабатываем свою зарплату. У тебя есть пятнадцать минут.
Поняв, кто говорит, я сразу же проснулась, выхватила у Мэллори телефон и барахталась в простынях и одеялах, пока не сумела сесть.
— Люк? Я не смогу пересечь весь город за пятнадцать минут.
На другом конце раздался ехидный смешок:
— Тогда учись летать, фея Дин-Динь, но доставь свою задницу в Дом как можно скорее.
Разговор закончился звучным щелчком, и я уронила телефон на кровать, а потом рванула к двери.
— Очень спешишь?
Проклиная все на свете, я принялась рыться в шкафу.
— Я опаздываю, — пожаловалась я. — Вампиры Дома сразу сочли меня ненормальной. А теперь я не только ненормальная, но и лентяйка, которая не может вовремя прийти на работу. Я же не знала, что он захочет меня увидеть уже в сумерках.
Голос Мэллори прозвучал отвратительно спокойно:
— Взгляни на дверь, дорогая.
— Мэл, у меня нет времени на шарады. Я спешу.
Я вытащила одну футболку с длинными рукавами, потом вторую и третью, но никак не могла отыскать ни одной вещи, которую мог бы надеть вампир Дома Кадогана.
— Дверь, Мерит.
Я с рычанием оторвалась от полок и обернулась к двери. Там висели черный топ с короткими рукавами и серые брюки с отворотами. На полу стояли черные туфли на высоких каблуках. Весь ансамбль был выдержан в классическом стиле, а шпильки придавали ему элегантность.
— Что это? — Я оглянулась на Мерит.
— Подарок к первому рабочему дню.
У меня на глазах выступили слезы, и я вытерла их рукавом ночной сорочки.