Господин ухмыльнулся, встав с корточек.
– И земля помнит. Кровь, что потерял Арн все еще питает эти растения. Вкус крови перебивает вкус даже земли. Такой приторный и металлический… Разумеется, Эйлерт не должен был узнать о прошлом, о тебе, – посмотрев на Луну, опечаленно произнес Сантери, сверкнув глазами. – Но кое-кто проболтался… Сакура сочла нужным все рассказать. Пришлось заточить Арна в оковы, чтобы, от принятия столь сильных и грустных воспоминаний, парень не сошел с ума. Когда некроманты воскрешают людей – человеческая память стирается. Сам человек становится непотомственным некромантом, который знает лишь настоящее и будущее. Но с Арном было намного сложнее, ведь он – потомок одной из древнейших семей некромантов. Поэтому процесс восстановления памяти – опасная затея. Но…
Джуна оглянулся, переведя взгляд на меня и мягко улыбнувшись.
– Говоришь так, будто сам оживил Эйлерта… – нервно сказала я, теребя рубашку друга, за которую еще держалась.
Сантери грустно улыбнулся и подошел к Арну, посмотрев в глаза.
– Мне показалось, что наследник Ниши, Западных Врат, не должен был просто так отдать жизнь в чужие руки… Плохого человека, если Это человеком назвать можно… Да, плюс, поступок Арна заставил ненадолго растопить мое холодное сердце. Я тогда приезжал по делам в эти окрестности… Возвращаясь обратно, решил прогуляться в лесу. А дивный запах лилий заворожил и повел в ту сторону, где плакала маленькая девочка, и храбро защищался отважный воин, который должен был остаться жить… Хотел вмешаться, но не успел. Магия тени обладает необычайной силой, заставляющей подчинять время и души. В тот момент, когда клинок пронзил тело юноши, Арн успел схватить тайком ключ, спрятав в руке. И тогда я все-таки вмешался, прогнав тень Светом Мотылька. Но, увы, не рассчитал уровень магии и перестарался, ослепив Айли и стерев память… – грустно произнес господин, сжав кулак до посинения.
Внезапно послышались шорохи в траве, на которые, разумеется, никто не обратил внимание. Но все же что-то подсказывало, что ветер здесь вовсе не причем.
– После, я возвратил Эйлерта к жизни. Ведь его желание защитить Айли, которую поручили, как старшему брату, было сильнее желания жить. Но прежде, нужно было что-то решать с Айли. Услышав перезвон колоколов церкви при школе, что располагалась около 300 км отсюда, решил, что, пока не наступит время пробуждения – отдам монахиням на попечение. Но сердце каждый раз сжималось от боли и мысли о том, что может что-то случиться с тобой. Что тебя могут найти раньше, чем проявится сила потомка семьи Мива. Поэтому попросил приставить Рэд, которая наблюдала за юной принцессой Минами. Через несколько дней в венах Арна появилась мертвая кровь, приносящая парню силы и жизнь, постепенно разливаясь по всему телу. Прошли года, Эйлерт стал вспоминать прошлое, мучаясь от кошмаров и голоса Айли, что звал на помощь. Прошлое раскрылось перед отважным принцем народа Ниши. И парень импульсивно бросился на поиски прекрасной и умной девушки, которая, открывая глаза каждый день, видела лишь тьму. Но любовь Арна не знала границ. Друг до последнего пытался рассеять тьму, когда девушка засыпала – Эйлерт тихо плакал рядом и молился за подругу. Молил, чтобы память не вернулась. Ведь он не хотел видеть боль и слезы самого дорогого в мире человека. Но Судьба, разумеется, слушать не стала. Когда девушке исполнилось 17 лет, весь отряд СИРИУС почувствовал стуки сердца, импульсы магии. Каждая стена дрожала от могущества пробуждающейся принцессы. Каждое сердце солдат СИРИУСа стало биться в унисон с сердцем прекрасной Айли. Через каждый лес и горы разлился сладкий аромат кипящей крови, что бушевала в венах Мивы. Это почувствовали и чудовища. Тогда, наконец, я и Айли встретились, спустя много лет. Как же душа ликовала при встрече. Было ощущение, что я вновь обрел крылья. Но все равно пришлось сдерживаться до последнего. Агата всегда говорила, что придет время, и я соединю цепи любви с тобой, бросив прежнюю любовь в пропасть. Но Мадлен продолжала верить в возможность будущей любви, так и не познав ее до конца… – опустив голову, произнес взволнованно Джуна.
Арн любит меня еще с детства?
– Ш-ш-ш… – послышалось рядом с ногой, проносясь мимо сквозь длинную и толстую траву.
Почему Джуна и Эйлерт никак не реагируют на звук? Только меня одну волнует то, что мурашки по коже ни с того, ни с сего появились? По коже то и дело пробегал неприятный холодок, похожий на прикосновение мертвеца.
Сантери продолжал жестикулировать и что-то говорить, но звук куда-то исчез. Стояла полная тишина. Только шипение и шелест слышались рядом.