Мне оставили самый смак – зомби, от которых воняет за версту… Когда убиваешь мертвяков, готовься сразу к морю тухлой слизи и крови, которые пропитают одежду и кожу. А от запаха подобного избавиться почти нереально около недели… Огорченно и обреченно вздохнув, я собралась с мыслями и обнажила любимую катану, которая засверкала в предвкушении плоти врага. Кстати, только заметила… Почему магия архангелов работает, а моя не работает…?
Посмотрев в сторону Арна, который тяжело дышал и бледный лежал на коленях у Иэроса поняла: что-то явно тут не так. Почему все стало параллельным друг другу? Почему происходит расслоение сил и магии? Неужели внутри того купола, что мы разбили, есть еще один?
– Люцифер знал об этом… – прошептала я, поняв причину исчезновения блондина.
Отряхнув голову от слюней, которыми брызгали мертвяки, заключившие меня в центре кольца из себе подобных, я подняла в воздух лезвие и чиркнула по руке. Собственной руке. Кровь побежала по коже, медленно стекая вниз. Похоже, магия, меняющая живое на неживое, обратилась и отменилась. Нанеся ногой удар по челюсти зомби, который напал, я начертила катаной знак бесконечности, тем самым разрубив обидчика на маленькие кусочки. Хмыкнув, презрительно посмотрела на оставшихся, стряхнув слизь от жертвы с уголков рта. В глазах нечисти появилась нерешительность.
– Ну же! Нападайте! Чего ждете? – ходя по кругу и озирая каждого, как гопник, произнесла я, размахивая катаной. Но зомби застыли и переглядывались между собой, словно боясь чего-то или кого-то. Начав раздражаться, я схватила за запястье мертвого юношу, подтянула голову к ране, дав почувствовать запах крови. Но мальчик судорожно застонал, глотая слюну и борясь с инстинктами, а потом вырвался и попятился назад.
– Мне одной кажется все это странным? – крикнула я Хефине, пролетающей рядом.
Подпрыгнув в воздух и запустив вниз стрелы, нашпиговав вампиров ядом, Аяна произнесла:
– Нет, Мива. Не одной! Нечисть не особо активно себя ведет с тобой… Даже кажется, что защищают.
Внезапно в воздухе появился знакомый аромат. Казалось, что-то знакомое тянет в сторону церкви. Родственные узы…
– Дарк Соул! И Белая Звезда. – толкнув зомби, стоявших на пути, и прорвавшись к дверям храма, гневно крикнула я.
– Стой! Без молитвы нельзя заходить в Священную обитель! – одновременно воскликнули архангелы, пытаясь остановить.
Оглянувшись и окинув девушек орлиным взглядом, прошептала:
– Да плевать хотела на ваши молитвы. Предателей следует покарать.
С этими словами я толкнула тяжелую стальную дверь и переступила через порог, волоча по полу меч. Послышался звук грома.
Глава 15
Когда человек переступает запретную для его мира черту, то уже становится обреченным на метаморфозы и иную судьбу. Мир, который не подходит людям, по идеи, не должен проявлять себя в каких-либо интерпретациях, намекая на существование потустороннего. Однако, параллельный мир не может поддерживать жизнь без веры людей в него. Чем больше верят, тем меньше возникает вероятность к исчезновению. Но люди тоже не могут без поддержки потусторонних сил. Ибо любое желание не может материализоваться без инородных сил. Согласитесь, мы нуждаемся друг в друге, чтобы сохранить существование обоих миров и баланса.
Вот и я переступила запретную для мира темных черту, ведущую к небесам. Однако, с разгромом храма небеса отвернулись от этого обителя, кинув на произвол судьбы. Несмотря на то, что снаружи церковь была разрушена, внутри все находилось в целости и сохранности… Это так же доказывает странность событий.
Белые лилии, что пробивались через паркетные доски, нежно смотрели на витражное стекло, из которого сочился блаженный свет. В углублении храма виднелись лавочки из темного дерева, на спинках которых сверкали разноцветные камни. Однако, камней было скромно и мало, но через этот отблеск отражался и проходил свет, делая место светлее и таинственнее. Можно сравнить со светлячками, которые решили утром полетать и внести в мрачный пейзаж немного тепла и света.
Свечи, что горели на больших подставках и канделябрах, спокойно и тихо тлели, окутывая храм прозрачным дымом. Ах, этот запах свеч, не он ли является самым блаженным и возвышающим? Запел невидимый хор, словно сами ангелы спустились с небес, чтобы обласкать слух церковными напевами. На душе стало так приятно сначала, что потеряла даже бдительность. Но, внезапно, тепло превратилось в горячий и обжигающий поток, разлившийся по всему телу и расщеплявший молекулы. А голоса ангелов стали превращаться в скрипучие писки. Свет исчез из обителя, наполнив глаза темнотой. Волшебство и уют покинули пристанище, обратив святое место в проклятое.