Бакэнэко, отсиживающаяся в углу, спокойно хлопнула глазами и замурлыкала. Черная кошка с трехметровым хвостом впилась взглядом в меня, тщательно изучая. Поняв, что противник ищет слабые места, достала катану и рванула вперед, едва касаясь ступнями песка. Создала воздушные потоки под ногами. Бакэнэко не двинулась с места, только ударила хвостом по земле. Две огненные сферы, откуда ни возьмись, вылетели из песка и справа, и слева одновременно. Замечательно, либо с одной стороны меня убьют, либо с другой. Нужно ускориться, однако сферы яро как-то реагируют на воздух. Ладно, сделаем так. Кинув катану под ноги, лезвием в песок, я прыгнула на рукоятку, оттолкнулась и сделала сумасшедшее сальто, после которого чуть не вырвало. Было похоже на то, как прыгают пловцы с трамплина для прыжков в воду, несколько раз перевернувшись. Я сделала пловцов точно! Можно записать количество вращений, сделанных в воздухе, в книгу «рекордов Гиннеса». Наконец, повернувшись лицом к земле, обнаружила наглую кису и кометой понеслась на врага, обнажив вакидзаси. Злобно ухмыльнувшись, стукнула одной ногой о другую, создав дополнительное ускорение за счет потоков воздуха.
– Хи–и–и–и! – издала мною забытая Кицунэ, промчавшаяся мимо. Правое ребро хрустнуло, собственно, как и вакидзаси. Полностью разорванная правая часть тела застонала и задымила от огня. Эта тварь прожгла огненными когтями огромную дыру во мне, проломив ребра. Потеряв концентрацию над равновесием и магией, закрыла глаза и затаила дыхание.
– Без проблем! – раздался воинственный голос ягуара, после которого я воспарила в воздухе с помощью крыльев из черной дымки, держа непонятно где разбухшую катану (скорее, напоминало по длине нодачи). Рукоятка была украшена черепами, идентичными рукоятке трости Сантери. Дымка заползла в рот и расползлась по всему телу, одурманив мыслью о том, что надо вынести противника. На лице появилась садистская довольная улыбка. Все, ребята! Попались!
Позволив дымке до конца овладеть телом, я застыла в воздухе и отдала приказ тени. Струйки черного пламени понеслись в сторону Бакэнэко, нервно зашевелившей хвостом. Словно терновник, дымка разрасталась. Лисица, бегающая в воздухе, пыталась наброситься на меня. Однако, дымка создала магнитное поле вместе с черным пламенем, а потом резко притянула девятихвостое существо к полю и сожгла. Даже в магических существах есть металл, который отлично притягивается к магниту. На шее Кицуне блестел металлический ошейник, что и погубило лживого монстра. Терновник, что настиг кошку, которая отбивалась изо всех сил с помощью огненных шаров, обвил ее хвост. Резким движением, выдернув хвост, черная дымка заползла в уши Бакэнэко. Долгое время существо когтями пыталось вырвать магическую вуаль из головы и тела, встревоженно крича и раздирая плоть до крови. На мгновение кошка застыла, расширив зрачки, которые стали белеть, после чего медленно превратилась в белый песок, как и все остальные четыре маски.
– Демон воплоти! – послышался в темноте тропиков искорёженный женский голос.
Осталась одна маска, точно. Это самый сильный должен быть демон изо всех остальных. Направив дымку на поиски источника голоса, дабы упростить задачу и не играть в прятки с Ханьей, стала прислушиваться к шелесту деревьев. Однако, словно дразня, демон шуршал в разных точках тропиков, мгновенно телепортируясь и сбивая с толку.
Дымка, поняв, что не может сконцентрироваться, просто обволокла весь остров, заставляя растения и деревья вянуть. Даже камни разрушались и крошились, как и песок, становясь все меньше и меньше. Ханья засмеялась, как злобная старуха, направив потоки своей магии в ответ на дымку, которая изо всех сил сопротивлялась могущественному потоку красного света, расстилавшемуся узорами на темной вуали некромагии. Как змея, ползущаяся в грязи и оставляя едва заметный след за собой, красный свет достиг меня, поломав крылья и скинув на землю ударом, похожим на огромный кулак.
– О, твое сердце насквозь пропитано любовью к юноше… – сказала радостно Ханья.
Сердце резко стало холодеть. Наступило ощущение, будто кто-то ледяными пальцами касается оболочки и вкачивает ненависть вовнутрь.
– Юноша, которого ты желала, предал и вернулся к прошлой женщине. Бедное молодое девичье сердечко, – мурлыкала маска, внезапно нажавшая, будто когтем, на клапан сердца. – Давай, уничтожь подлого предателя, у которого нет никаких чувств. Пусть любовь умрет и останется осадок прекрасной и уничтожающей страсти. Желай всех. Желай каждого.