Закончив историю, Деон закрыл рот шелковой фиолетовой повязкой, которую обычно носил и поклонился. Ивер, внимательно слушавший историю, о которой давно знал, отвернулся и начал чистить револьвер. Достав сигариллу, парень начал медленно втягивать дым.
– Получается, Ханья все еще жива? – осторожно и нерешительно спросила я, медленно отходя от оцепенения.
Грей помотал головой и спокойно произнес:
– Нет. Я убил Ханью.
Слеза, что медленно сползала по щеке и падала на песок, будто хрустальный шар, разбилась. Закрыв ладонью рот, я побежала в сторону небольшой скалы. Так больно стало от мысли о том, что человек такой кошмар пережил, при этом оставаясь спокойным снаружи, когда рассказывал. Он не показывает вида, как рана щиплет душу, заставляя молить о пощаде или о смерти. Сколько лет нужно, чтобы забыть урон, нанесенный сердцу? Сколько?!
Достав катану и разрубая все на своем пути, стала разбегаться быстрее и быстрее, пока не стукнулась лбом о камень. Точнее, о скалу, к которой бежала. Ну, и ладно! Вовсе не больно! Встав на ноги и пнув скалу, получила дополнительно еще один синяк. Несправедливость в этом мире никогда не перестанет выводить меня из себя! Бесит! Кому-то достается все, а кому-то – ничего.
Потерев ступню, я посмотрела на дымящиеся деревья и лианы, которые пострадали от меча и злости. Кстати, на острове ночь опять наступила… Даже волки завыли… Волки?! Ох, еще тут волков не хватало. А вой становится все ближе и ближе… Мерцание ненасытных глаз тоже ярче делалось. Надеюсь, что хоть волки-то не волшебные?
– Кто посмел вступить на земли духов? – плавно и мелодично раздался мужской голос на верхушке скалы. Вынырнув из-под пещерки и посмотрев в сторону источника звука, увидела мерцающий белый силуэт, размером в шесть метров. Несколько сотен едва различимых, мелких жемчужин суетились возле силуэта. Некоторые аккуратно приближались ко мне, заинтересованно подлетая к глазам.
– Простите, что потревожила…, – неуверенно начала я, медленно поклонившись. – Дело, которое не требует отлагательств, привело меня сюда. Много человеческих судеб зависит от того, что должна я найти на острове. Темная и злая сила пытается помешать процветанию и продолжению жизни…
Послышался вновь вой.
– В твоей душе много негатива. Убирайся с острова, а не то сгинешь, – резко произнес силуэт, направив жемчужины на меня.
Перламутровые сферы сплелись в единую нить, словно бусины, обхватили тело целиком (кроме лица и шеи), сделав кокон, и аккуратно потянули в сторону берега. Силуэт развернулся и стал растворяться.
– Но я не могу! Ради Джуны! – пытаясь вырваться из жемчужного плена, крикнула я, разозлившись окончательно.
Силуэт встревоженно остановился, а затем превратился в огромного снежного волка, покрытого кристальной пыльцой. Темно-красные глаза забегали, изучая меня уже вблизи.
– Повтори имя, человеческое дитя. – навострив острые и большие уши, сказал тихо волк. Жемчужины спали с тела.
– Джуна Сантери, – осторожно произнесла я, поняв, что волк странно как-то начал вести себя, когда услышал имя Джуны.