Может быть, создать воздушную сферу и ринуться навстречу ветру? Но стихия не подчиниться, ведь владение чужака – это территория, где работают свои правила, пусть, даже если город разрушен… Поэтому придется добраться до высокого силуэта почти физическими человеческими силами. Точно, придумала… Вытянув правую руку, я стала прицеливаться по прямой через каждый метр, строя невидимую дорожку, ведущую к силуэту. Только, главным украшением были копья, которые торчали через каждый метр. Как некромаг, умеющий создавать оружие, эта идея должна была прийти в первую очередь. Но люди все ленивые… Поэтому и хотела с помощью «стихийной» магии пробиться вперед.
Приготовившись к трудной задаче, я легла на песок животом и схватилась за первое копье (не волнуйтесь, они были глубоко закопаны и укреплены металлом в глуби земли). С помощью камешков, валяющихся повсюду, я отталкивалась и мгновенно прыгала к следующему штырьку, неаккуратно цепляясь за древко. Медленно, но качественно приближалась к высокому белому камню, похожему на обелиск.
– Кар, – послышалось сзади.
Обернувшись, я увидела знакомых воронов. Отлично, птицы точно смогут помочь добраться до обелиска. Однако, после того, как вороны открыли клювы и показали острые зубы как у акулы, просить о помощи сразу расхотелось. На птицах горела руна красного цвета под названием «турисаз» (с др. немецкого – «черт»). Поспешно перелетев к копью, которое отделяло всего на несколько десятков метров от цели, заметила отблеск на заостренной вершине обелиска. Прищурившись, разглядела огромный ограненный кристалл в виде слезы.
– Ай! – воскликнула я, почувствовав зубы ворона, успевшего приблизиться.
Поэтому резко обвила ногами шею ворона и сдавила, оторвав от туловища. А ведь эти птицы мне помогли… Теперь придется убивать друзей? Нет, нужно поскорее добраться. Пропрыгав еще несколько метров, устало отпустила правую руку, чуть ли сорвавшись с древка. Руки сильно устали. Перевернувшись боком, я зацепилась ногами за следующее копье, и так пришлось передвигаться до конца, причем, с большой активностью, чтобы не дать воронам еще раз укусить что-нибудь на теле.
В конце концов, я доползла до огромного обелиска и прикоснулась мозолистой ладонью до иероглифов, а потом ощутила, будто укололи ладонь. Теплая жидкость заполнила всю стену, проникнув в глубины высеченных иероглифов. От бессилия я не заметила, как ослаб ветер, и внутри обелиска образовалась лестница, ведущая наверх. Прямо к кристаллу. Собрав последние силенки, стала ползти по ступенькам, перебирая выступы руками и вяло отталкиваясь ногами. А карканье становилось все ближе. Прикусив губу и сжав пальцы в кулаки, поднялась на последнюю ступень и чуть не ослепла от блеска и света, исходивших от драгоценного камня, который парил еще в десяти метрах от обелиска. Внезапно, на руку сели два ворона, за которыми подтянулись еще несколько, и стали клевать. Чертовы птицы! Несколько секунд я пыталась отбиваться, но вороны словно приклеились и не отлетали. Придется прыгать… либо вниз, либо вверх… Падать все равно далеко… Создав воздушные «подушки» на обуви, присела и подпрыгнула словно пружинка, едва докоснулась пальцем до гладкого алмаза.
Вороны, сидевшие на мне, внезапно задрожали и покрылись иероглифами. Тупо покосившись друг на друга, птицы поспешно стали разлетаться. Но, как только алмаз засиял белоснежным светом и стал вращаться против часовой стрелки в воздухе, красные руны с тел воронов исчезли, а сами вороны обратились в белых голубей. Так красиво!
Кристалл остановился на месте и стал уменьшаться в размере. Из камня стала расползаться белая дымка, накрывавшая пространство, голубей и меня, что отразилось на магической силе. Потеряв силу, тело полетело вниз. От страха я издала девчачий вопль. Голуби, что упорхали в разные стороны, стремглав подлетели ко мне вслед за белой дымкой и соединились в единый клубок. До земли оставалось несколько метров. Закрыв ладонями глаза, я приготовилась к столкновению. Однако, падение замедлилось, а ноги спокойно коснулись песка. По плечам пробежала теплая волна. Казалось, что кто-то стоял за спиной и держал за плечи. Перед глазами внезапно повис кристалл на золотой цепочке, который опустился к моей груди, скользнув по ключице, и остался аккуратно висеть на шее.