Что же делать с жестянкой? Нельзя же просто так взять и разрубить металл пополам… Хотя, расплавить-то можно. Тут моей силы недостаточно. Надо как-то поджечь меч.
– Кто умеет какими-нибудь жидкостями управлять? – крикнула членам новой команды я, прыгнув на металлическую стену и зацепившись за крюк, который как кстати торчал.
– Хефина, но ее нет…, – обрадовала Нуала, которая пыталась с помощью сариссы срубить хоть один шип с шарика.
– Нужно что-то легковоспламеняющееся, типо бензина, – пробубнила я, кинув резко взгляд на собаку, которая решила пометить очередной столб.
Собака была похожа на робота, поэтому справляла нужду явно не чем-то органическим… Оттолкнувшись от стены и перелетев через Ивера, показала знак, посмотрев в сторону собаки. Парень сначала потупился, а затем игриво улыбнулся и кивнул. Приземлившись на ноги и присев, подбежала к собаке в тот момент… В общем, я успела намочить клинок непонятной жидкостью. Но судя по запаху, жидкость напоминала печное топливо. Проведя острием клинка по асфальту, я медленно надвигалась на шар, который молниеносно летел в объятия. Подняв клинок к переносице, резко кинулась на шар. Почувствовав резкий удар по клинку, после чего в сторону отрикошетило несколько пуль, увидела синюю вспышку, растекшуюся в виде синего пламени. Не поняла…, вроде, пламя должно быть обычным.
– Мое синее пламя можно активировать при совместной конвергенции только с помощью создания обычного, красного пламени. Это пламя принадлежало раньше Эдему…, а теперь находится в Аду, – прозвучал голос, который принадлежал Нуале.
На плечах девушки загорелись белым светом древние письмена. Кивнув в знак благодарности, я ускорила шаг и понеслась со всем напором и силой на шар. Махина могла превратить в фарш, отбивную или хуже того, кровавое месиво мое тело. Однако, когда соприкоснулось синее пламя катаны с ржавым покрытием шара, я прошла насквозь, разрубив напополам громадину. Затем по обеим половинкам расползся знакомый песок, расщепляя и разрушая шар до микрочастиц. Обернувшись, я заметила стоявшего за спиной Арна, который не отрывал взгляда от остатков и держал ладони напротив. Я заметила на лице парня огромную царапину, из которой сочилась непрестанно кровь.
– Неужели, ты обратил структуру магии восстановления в обратную сторону? И как ты нашел нас? – догадавшись, спросила друга я.
Эйлерт улыбнулся, все не отрывая взгляда от прошлой угрозы, пока от той не осталось и следа. Затем друг протянул руку и помог встать, резко переменившись в лице и направив грозный взгляд на толпу. Люди-лисы оборачивались и расступались, виновато опуская голову. Послышался сильный топот и скрежет от металлической подошвы и чьего-то массивного веса.
– Так-так. Впервые моргенштерн смогли разрубить. Да и еще уничтожить. – сказало низким голосом существо под два метра с половиной, на которой красовались доспехи рыцаря. – Уважаемые гости, прошу по-хорошему, проследуйте за мной в отделение полиции, дабы не пугать жителей и не создавать неудобств местному правителю.
– Арн вновь король? – спросила я, даже не подумав.
Воин достал из-под шлема какой-то пульт и направил на здание, где был гигантский монитор. Через секунду появилось изображение человека с белым каре, косичкой с бусинами до плеч, перламутровыми глазами. Однако, было видно только глаза. Все лицо было закрыто маской черного цвета.
– Эти бусины, – тихо прошептал Деон. – Нет, этого не может быть.
– Знаете, кто это? – указав металлическим когтем на человека, спросил горделиво рыцарь. – Это носитель законов и создатель демократии. Благодаря Лорду, вот уже сотню лет в Ниши спокойствие и мир, а не тот рабовладельческий строй, которым упивался прежний король. Знаете, что было до этого демократического общества?
Эйлерт жадно перевел взгляд на рыцаря и хамовато спросил:
– Будь добр, расскажи.
– Буду краток: главным грехом всех правителей Ниши была жадность. Из поколения в поколение это чувство усиливалось, пока город не был сделан из золота. Спины всех рабов, что некогда строили Ниши, были изувечены хлыстами, сделанными из особых золотых нитей. Поэтому раны никогда не заживали, разъедая кожу. И вот, когда город был полностью покрыт золотом, последний правитель возжелал снести статую, которая была возведена в честь одного титана, и поставить свою. Но сердце повелителя тотчас же остановилось, после чего король покрылся золотом и расплавился, словно сливочное масло. С тех пор Западный город строился самостоятельно и был сам у себя на попечении. Пока в город не ступила священная нога человека, несшего правосудие на плечах. Тогда Лорд сказал, что никогда не позволит вступить на престол предку прошлых правителей. Не позволит крови Эйлертов обесчестить город Ниши.