После сладких слов доктора, почувствовав, что своей беспомощностью и жалостью лишь усугублю ситуацию, и никак не помогу, закрыла тяжелые веки и повисла на сильных руках мужчины. Провалившись в глубокий сон, увидела странные серые и мокрые стены, по которым текла красная жидкость и сливалась в единственный люк, находящийся по центру комнаты без окон и дверей. Напоминало темницу. Внезапно нос учуял знакомый запах. Но странные звуки биения или, если быть точнее, тиканья, сбили с толку. Нет, через тиканье слышалось едва различимое сердцебиение. Стоп, это напомнило видение с часами жизни. Обернувшись, едва сдержалась от крика: на серой стене, чуть выше стекающей жидкости, весели прибитые оковами люди, чья кожа сморщилась и ссохлась. При этом по глазам люди были молоды, но обескровлены. Над правой грудью у каждого горела английская буква «J».
– Ох, господин. Позвольте заметить, вы слишком добры к жалким людишкам. – произнес где-то шипящий голос.
Передо мной появился прекрасный юноша с золотыми длинными волосами, аккуратно убранными в хвост. Парень стоял в черной мантии, украшенной рубинами. Зрачки напоминали волчьи. Правда, у юноши глаза были налиты злобой больше, чем у животного.
– Думаешь? Разве это должно льстить, Ганнибал? – появился второй силуэт в белой мантии, заляпанной красными брызгами. Черные волосы с серебряным отливом, изящно скользившие по спине, тоже были испачканы.
– Хм, нисколько не должно. – хитро прищурясь, подметил Ганнибал.
Спина второго немного напряглась, а затем силуэт повернулся ко мне, резко загородив глаза ладонью.
– Что же тогда мне нужно сделать, чтобы не упасть в глазах любимого ученика? – хитро ухмыльнувшись, сказал удовлетворенно грубый мужской голос.
– Думаю, нужно еще раз показать великое искусство обращения с людьми, дабы убедить ученика, что учитель остается таким же талантливым, каким был прежде. – облизав губы, сказал весело Ганнибал.
Черноволосый кивнул и убрал ладонь с глаз, обнажив темно-красные глаза, налитые такой злобой, какую человечество никогда не видело. В вишневых зрачках была вселенская ненависть, необузданная страсть, дикий драйв, неприрученная тьма. Даже Сатана мог бы позавидовать такой темной душе. Однако, в тот момент, когда я увидела образ человека, нет, демона, целиком, поняла, что тот, за кого сейчас борюсь – это чистое воплощение мрака, оставшегося без какого-либо света и надежды в душе.
– Господин Джуна, начинайте пир вон с той молодой невинной барышни. Это одна из сестер греческой царицы. Правда, эта незаконнорожденная. Так что о девушке никто и никогда не узнает. – лениво указав пальцем с огромным перстнем, сказал, зевая, Ганнибал. Джуна ухмыльнулся и стремглав подлетел к красивой девушке с белой кожей (тело еще было не иссушено), черными кучерявыми волосами и синими глазами. Несчастная тяжело дышала.
Сантери медленно погладил белоснежную шею, а затем резко схватил девушку за волосы, ударив головой о стену.
– Ах, этот аромат страха и боли, – вдыхая жадно воздух, сказал страстно монстр. – Люблю, когда стонут от страха. Давай, моли о пощаде. Быть может, спасешь свою поганенькую душу. Либо придется познать тебе, что значит перестать быть невинной, вкусить мужское тело…
– Прошу, не надо. Убейте сразу, только не пятнайте мою честь. – закрыв глаза и тяжело дыша, шептала красавица, подвешенная за руки. Ганнибал усмехнулся, что страшно разозлило Джуну.
Парень сильно схватил девушку за подбородок, продырявив фарфоровую кожу острыми когтями, а затем облизал раны и злостно добавил:
– Так не пойдет. – указательным пальцем левой руки Джуна коснулся глаза девушки, затем проткнул ногтем, вытащив глаз.
Жертва заорала, начав молиться. Ганнибал облизнулся и кивнул. Сантери улыбнулся, после чего вонзил острые клыки в шею девушки, разорвав плоть до костей. От диких воплей остальные жертвы, которые были уже иссушены и покалечены, закрыли глаза и с содроганьем застонали. У меня побежали мурашки от увиденного, даже руки отнялись. Казалось, что это все плод больной фантазии.
– Прикончите уже девку! – с диким огнем в глазах приказал Ганнибал. Хозяин кивнул и достал ту трость с черепом. Нажав на глазницу главного черепа, Сантери извлек катану. Отойдя немного от пострадавшей, Джуна немного наклонился и изогнулся, словно волк, готовящийся к атаке.