В двенадцать лет все дети оказываются равны друг перед другом, они поступают в подготовительные классы и обучаются базовым вещам. Именно с такими детьми, далекими от классовых разногласий, встретилась Банья после года стажировки в роли профессора академии. И поначалу все шло действительно замечательно, — послушные милые дети как губки впитывали в себя теоретические знания и легко осваивали учебный материал. Но спустя три года все изменилось.
Из двадцати детей, которых обучала девушка, трое получили [класс]. Осознав свои перспективы дети сразу же отказались от идеи помогать приюту и перевелись в корпуса магов и воинов. Остальные семнадцать же оказались бессильными, и возложить на них роль исследователей проклятых земель было откровенным безумием. Но дети не осознавали этого. Шестеро бессильных учеников выбрались тайком из города, чтобы доказать своему преподавателю, что еще не все потеряно, а вместе с этим принести немного мяса и трав из ближайшего леса.
Судьба редко бывает добра к безрассудным людям, особенно когда за этим безрассудством не стоит огромная сила или колоссальный опыт. Банья не знала всех подробностей, девушке-алхимику рассказали стражи, что во время охоты дети столкнулись с каким-то хищником. Спастись не удалось никому.
Эта трагедия подкосила уверенность Баньи, но еще больнее ударила по бессильным ученикам. Многие из ее класса покинули стены академии, предпочтя отрабатывать долг перед столицей работой в поле. В новом учебном году с профессором-алхимиком осталось лишь пять детей. Банья не имела никакого представления, что ей делать в сложившейся ситуации, она была лишь уверена, что не имеет права бросить своих учеников.
Ректор Кармел же в свою очередь почти никак не участвовал в жизни класса, лишь регулярно обещал помочь девушке выбраться из сложившейся ситуации. Но дальше обещаний дело никуда не сдвинулось. За три года преподавания Банья узнала, что не в меру упитанный аристократ представлял из себя ленивого увальня, безответственного нарцисса, забывающего о собственных обещаниях спустя пару мгновений после разговора. И несмотря на это, проблемы Баньи со временем действительно решались, правда заслугой в этом были либо старания профессора-алхимика и ее учеников, либо чистая случайность.
Как относиться к появлению Эсона, Банья не знала. Свою несостоятельность Кармел доказывал бесчисленное количество раз, потому девушка не могла поверить, что в этот раз ректор действительно потрудился найти преподавателя, способного спасти класс бессильных. Встреча с молодым парнем возле ворот выглядела совершенно случайной, даже абсурдной.
Но девушка не могла не отметить, что для совпадения появление Эсона выглядело слишком неестественным. Парень возник словно из ниоткуда, придя на помощь именно тогда, когда бессильные дети оказались в опасности. Кроме того, шар проверки класса не мог соврать, Эсон действительно не обладал классом, и вместе с тем без проблем пользовался магией.
— Не знаю! — проорала Банья, швырнув подушку в стену.
Девушка сорвала с себя покрывало и резко поднялась с кровати, в одно движение подхватив вжавшуюся в угол подушку.
— Не! Зна-ю! — яростно повторила она, выделяя каждый слог.
В голове алхимика боролись два чувства. Одно говорило, что ректор Кармел в очередной раз не сделал ничего полезного для ее класса, и лишь уговорил случайного незнакомца помочь с обучением детей. Другое же восхищалось Эсоном, который выглядел спасителем в глазах девушки.
Недовольно бросив подушку на кровать, Банья вышла из комнаты и направилась в корпус, чтобы отвести детей в столовую. Она еще не решила, как ей следовало бы относиться к сложившейся ситуации, но приняла решение помочь своему неожиданно появившемуся коллеге всеми возможными способами. «В конце концов, — пришла к согласию со своими мыслями алхимик, — я не имею права упустить шанс помочь этим детям выжить».
Часть 8. Повседневность
Когда Эсон предложил Банье влить в учеников ману, девушка-алхимик послушно выполнила просьбу своего нового коллеги и только спустя мгновение осознала, что она наделала. Она уже видела, что делает появившаяся в теле бессильного человека магия, и эти образы невольно возникли перед ее глазами.
Наиболее ярким был недавний случай. Профессор вышла за пределы Академии и отправилась в кольцо торговцев, чтобы найти там замену испорченной ступке, испорченной случайно пролитым в нее зельем. Там, как и всегда, было довольно оживленно. Гости из Южного Региона покупали еду и лекарства, обитатели столицы отдыхали в ресторанах, наемники и не занятые работой стражники оккупировали кузни. Немало народа было и возле лавок алхимиков и портных — жизнь шла своим чередом, равномерным гомоном окружая Банью со все сторон.