[Передача жизни. Уровень 1. Передает жизненные силы некроманта. Получатель жизненной силы становится немертвым, и не может умереть от потери жизненной силы следующие 5 минут.]
[Усиливающее зелье использовано. Не имеет эффекта.]
[Болотная сыпь излечена.]
[Исцеляющее плоть зелье использовано. Качество: Магический.]
[Восстановление плоти. Уровень 4.] [Восстановление плоти. Уровень 4.] [Восстановление плоти. Уровень 4.][Восстановление плоти. Уровень 4.][Восстановление плоти. Уровень 4.]
[Кровавая жертва. Уровень 4.]
[Восстановление плоти. Уровень 4. Усилено кровавой жертвой.]
[Восстановление разума. Уровень 18. Усилено кровавой жертвой. Восстанавливает сознание цели, позволяет проникнуть в ее разум и отыскать там поврежденные участки для точечного восстановления или удаления памяти.]
Краем глаза молодой некромант заметил, как хозяйка таверны отшатнулась назад от мощной ауры некроманта, окружившей ребенка. Сознание оказалось в темноте, в холодной лишенной света комнате, темнице сознания.
Здесь нельзя было ничего увидеть привычным зрением, но разуму этого и не требовалось. Считанные мгновения ушли у молодого профессора на поиск владельца этой небольшой низенькой комнаты, потолок который неприятно давил, словно стараясь расплющить незваного гостя.
Испуганный ребенок сидел на холодном полу, свернувшись в клубок и постанывая. Его состоянию нечего было удивляться, Эсон прекрасно понимал, что сознание ребенка едва ли могло перенести весь ужас болезни. Потому молодой некромант подошел ближе к малышу и положил свою руку на его голову. Темница сознания тут же наполнилась шумом и криками, жгущими разум образами, передающими боль от медленно пожирающей тело болезни.
Сконцентрировавшись на образах, Эсон начал медленно собирать их. Хотя он и делал это впервые, навык сам подсказывал, что можно сделать с воспоминаниями ребенка. Молодой некромант собирал их вместе, сдавливал, заставляя их становиться короче, покрывал мутными белесыми полотнами маны, закрашивая яркие картины ужаса, делая их бледнее, лишая деталей.
Образ за образом, профессор переживал болезнь вместе с ребенком, блокируя своим навыком наиболее пугающие вещи, медленно продвигаясь от самого момента заражения пять лет назад в далекое, полное боли и отчаяния настоящее.
В памяти всплыло первое воспоминание. В нем еще совсем маленький ребенок спускается по каменной лестнице, освещенной горящими факелами. Он доходит до огромного коридора с высокой изогнутой дугой крышей, и открывает тяжелую дверь. За этой дверью комната, на стенах которой висят люди вперемешку со скелетами. Кто-то хватает ребенка за плечо и тащит назад.
В следующем образе малыша куда-то тянут по такому же каменному коридору. Впереди, схватив ребенка за руку, бежит его мать. Она постоянно оглядывается, смотрит назад. В какой-то момент она резко дергает малыша вперед и тот оказывается неспособен увидеть, что произошло дальше. Но стороннему наблюдателю очевидно, что как только малыш упал, мать накрыла его, стараясь защитить.
Третий образ гораздо спокойнее. Малыш чешет руку, за которую его тянула вперед мама. Еще незаметная легкая сыпь появилась на запястье.
Следующий эпизод — он с мамой где-то под стеной столицы, в кольце трущоб. Перед ними стоит скелет, замахивающийся мечом. Дальше образы начинают путаться, но в них угадывается смерть матери ребенка, незнакомый силуэт, теплый нежный свет и деревянные стены.
Теплый свет постепенно тускнеет, образы все больше и больше превращаются в жгучие болезненные пятна. Пока в один момент в воспоминаниях не появляется невысокое округлое пятно. Оно подходит к ребенку ближе и выливает на голову какую-то жидкость. Образ становится четче, превращается в человека, который о чем-то довольно говорит. И вновь боль.
Вырвав наиболее конкретные образы, Эсон заглушил оставшиеся, влил ману в съежившееся от ужаса сознание ребенка и вернулся в реальность.
— Он сказал, что будет ядром подземелья? — профессор повернулся к хозяйке таверны.
— Вот это, — женщина протянула молодому некроманту книгу.
«Кто бы сомневался», — Эсон взял в руки почерневший прямоугольник, на котором все еще читалось название: «Аврора. Рассвет и надежда Альянса».
— Вам придется о многом рассказать, — произнес некромант, вонзая кинжал в книгу, — но сейчас, давайте, просто уйдем отсюда.