Графиня, до этого стоявшая столбом у камина, дернулась и в один миг оказалась рядом. Когда она опустилась на пуф, старый некромант наклонился к ней:
— Так мне нужна крепкая почва под ногами. Нужно выкупить старое кладбище. Большое.
— Хм, — графиня нахмурилась. — Которое на западе? Так его вроде уже граф Сурков застолбил. Собирается строить там огромный торговый центр с подземной парковкой, — она поморщилась. — Говорит, мол, земля простаивает, а тут будет «современный центр».
— Перекупить! — некромант стукнул кулаком по подлокотнику, да так, что кресло жалобно скрипнуло. — Какое расточительство! Столько мертвых поколений там лежит, такой потенциал… А они — торговый центр! — он презрительно скривился. — Вот что за времена такие настали — ни капли уважения к мертвым, ничего святого в людях не осталось. Торговую точку им подавай, видите ли!
Он раздраженно махнул рукой:
— Так, записывай. Первым делом — выкупить это кладбище. Потом — то старое дворянское кладбище, где ты лежала, — он прищурился. — Там, кстати, такие экземпляры покоятся… м-м-м, пальчики оближешь!
Старик мечтательно улыбнулся, но тут же тряхнул головой, возвращаясь к делу:
— И земли под Самарой — все эти отдаленные села, поселки, деревни. Желательно, где старые погосты сохранились. Особенно те, что подальше от больших дорог.
— Поняла? — он пристально посмотрел на графиню.
— Да, — она кивнула, мысленно прикидывая масштабы предстоящих «покупок».
— Так, ты крестьян закупила? — некромант прищурился, разглядывая графиню.
— Тут они уже, — графиня кивнула. — Дожидаются в людской. Два десятка крепких мужиков, как вы и просили.
Велимир Святославович довольно хмыкнул и бросил взгляд на наручные часы — новенькие, с позолотой и россыпью мелких рубинов по циферблату. Приобрел совсем недавно… что поделать, шопоголизм — болезнь почти неизлечимая в электронный век. А уж после того, как он открыл для себя маркетплейсы…
Тишину поместья разрезал звук подъезжающего фургона. Желтый логотип «АЗОН» ярко светился в темноте. Три массивных автомобиля выстроились вдоль подъездной дорожки.
— О, доставка прибыла! — оживился некромант, поднимаясь из кресла с неожиданной прытью. Все привезли прямо к порогу.
У парадного входа уже суетились дюжие ребята в фирменных жилетках, выгружая массивные коробки. Судя по тому, как прогибались их спины и сочности выражений — внутри была не вата.
— Так-так, молодые люди, — Велимир Святославович потер руки, спускаясь по мраморным ступеням. — Все коробки складывайте вон в тот амбар, — он указал на внушительное строение из красного кирпича с коваными воротами.
Грузчики, кряхтя принялись за работу. А тут еще и графиня подоспела, ведя за собой группу крестьян — крепких мужиков с мозолистыми руками и обветренными лицами, явно привыкших к тяжелому физическому труду.
Когда последняя коробка заняла свое место в амбаре, а грузчики остановились перевести дух, старый некромант незаметно провел рукой в воздухе, что-то беззвучно прошептав. В тот же миг глаза всех присутствующих — и грузчиков, и крестьян — вспыхнули зловещим изумрудным светом. По их телам пробежала легкая дрожь, мышцы налились нечеловеческой силой.
— Ну что, ребята, — некромант довольно потер руки. — Теперь вы у нас выносливые, как три медведя, и крепкие, как дубы вековые. Самое время поработать на нового хозяина, — он усмехнулся. — И никаких профсоюзов, больничных и перекуров.
Он обвел взглядом застывшие фигуры с горящими глазами:
— Вокруг поместья нужно выстроить забор. Огромный, каменный — чтобы ни одна живая душа… или неживая, — он хихикнул, — не проскочила. Завтра привезут еще камня. А пока начинайте с того, что есть.
— Слушаемся, хозяин! — прогремел нестройный хор голосов, в которых уже не осталось ничего человеческого.
И закипела работа. Одни замешивали раствор в огромных чанах, орудуя лопатами. Другие таскали камни — теперь уже без стонов и проклятий. Третьи уже выкладывали первый ряд будущей стены.
Велимир Святославович стоял на крыльце, наблюдая за работой своих новых «сотрудников». Краем глаза он замечал, как в окнах поместья то и дело мелькали испуганные лица слуг.
Вдруг его лицо омрачилось. «А что делать с их семьями?» — он нахмурился, наблюдая за грузчиком, который в одиночку тащил каменную глыбу. — «Наверняка ведь начнут искать, заявления писать… эх в этих делах мне бы помогла Ирка и ее эти сети социальные…»
Семь фигур в черном медленно двинулись к нам. Я сделал пару шагов назад, аккуратно заводя Костю и Ирину себе за спину. В висках пульсировала мысль — если сейчас начнется заварушка, то бой будет серьезным.