— Сука… — простонал я, возвращаясь в своё тело. — Вот что я в прошлой жизни сделал, что мне досталась именно эта цирковая труппа?
Костя, развалившийся на кровати, издал приглушенный смешок.
Попытка перехватить грузовик силами двух оставшихся бойцов выглядела откровенно самоубийственной. Мы понятия не имели об уровне охраны — может, там целый отряд боевых магов сопровождения. А может, артефакты защищены такими печатями, что от моих неупокоенных только пепел останется при первом прикосновении.
Я снова потянулся к телефону:
— Ирина? Слушай, у нас… небольшие коррективы в плане.
— Что на этот раз?
— Еще один гений решил изучить канализационную систему. Так что с перехватом придется повременить — будем решать проблему уже в академии.
— Отправь их… ну, тех кто остался, к моему деду, — внезапно оживилась она. — Записывай адрес… дед разберется.
— А он точно…
— Поверь…
В особняке Потаниных, точнее у каменного забора, ха которым этот особняк был не виден, разворачивалась презабавнейшая сцена. Участниками её были двое — почтенный Велимир Святославович, и молодой полицейский, чье лицо выражало крайнюю степень замешательства.
Причина замешательства возвышалась прямо перед ними — огромная каменная стена, появившаяся буквально недавно. Серый монолит высотой метров в пять, смотрелся несколько… неуместно в ряду аккуратных заборчиков соседних домов.
— И давно у вас… это? — полицейский неопределенно махнул рукой в сторону стены.
— Что «это»? — проскрипел старик, щуря глаза. — Заборчик-то? Да вот, решил облагородить участок. А что, нельзя? Закон запрещает? — он прищурился еще сильнее.
Полицейский еще раз окинул взглядом циклопическое сооружение. «Заборчик» больше напоминал укрепления крепости, чем элемент ландшафтного дизайна.
— Нет, просто… — страж порядка замялся, — понимаете, мы расследуем исчезновение сотрудников компании «АЗОН». Обходим адреса, куда были последние доставки…
— А я тут причем? — старик внезапно взвился, размахивая клюкой. — Ты что, хочешь сказать, я их съел⁈
— Нет-нет, что вы… — полицейский попятился, уворачиваясь от размахивающей клюки. — Просто формальная проверка…
— Формальная проверка⁈ — Велимир Святославович возмущенно фыркнул. — Это как мой заборчик может быть связан с пропажей людей? Ступай отсюда подобру-поздорову, пока я не осерчал!
Он погрозил пальцем и добавил уже более цветисто:
— А не то как есть тебя, охальника, так отхожу, что до третьего колена чесаться будешь! Ишь, удумал — честного старца в душегубстве подозревать!
В этот момент массивная дверь особняка отворилась, и на крыльцо вышла графиня Потанина. Полицейский попытался было заглянуть в открывшийся проем, но Велимир Святославович с неожиданной для его возраста прытью привстал на цыпочки, загораживая обзор своей недовольной физиономией.
Страж порядка перевел взгляд на графиню и невольно отметил её неестественную бледность. Да и старик, если присмотреться, был какой-то серый, почти землистый…
— Вы не смотрите на нашу бледность, — мягко улыбнулась графиня, словно прочитав его мысли. — У нас в поместье все болеют. Решили попробовать тот кофе из Индонезии — знаете, который из какашек делают?
— Третий день всем поместьем на горшках сидим! — с готовностью подхватил старик. — Желудки крутит, в глазах двоится, температура, а запах…
— Вы проходите! — радушно предложила графиня.
— Н-нет, спасибо! Я, пожалуй, закончил, — младший сержант поспешно отступил на несколько шагов. — Всего доброго… и выздоравливайте.
Он практически бегом направился к служебной машине, преследуемый добродушным голосом графини:
— Заходите еще! Мы всегда рады гостям!
За массивной каменной стеной, графиня Потанина и старый некромант шли по вымощенной камнем дорожке.
— Это становится опасным, Велимир, — голос графини звучал холодно и отстраненно. — Рано или поздно людей найдут…
— Не найдут, — старик больше не изображал немощного старца. Его движения стали четкими, а глаза смотрели жестко и цепко.
Они остановились перед неприметным люком, искусно замаскированным под обычный погреб. Велимир провел рукой над замком, и тот щелкнул, повинуясь безмолвной команде.
— И все же, — графиня поморщилась, когда тяжелая крышка медленно поднялась, выпуская затхлый воздух, — держать три десятка человек в подземелье… Это слишком рискованно.