Глеб уставился на телефон. Его пальцы, неуклюже тыкали в дисплей.
— Да не тычь ты в него как дятел в сухое дерево! — возмутился некромант. — Вот эту штуку вверх потяни… нет, не так! Тьфу ты, жаба безрукая! — он выхватил телефон и сам попытался открыть сообщения.
— Может, я лучше? — предложил Матвей с водительского места, глядя в зеркало заднего вида на мучения деда.
— Ты баранку крути, умник! — огрызнулся Велимир. — А то въедем куда-нибудь. И так от вас толку, как с козла молока… О, вот они, схемы! — он наконец справился с телефоном и сунул его обратно Глебу. — Изучай давай, пока время есть. Ой горе, мне горе, одни недоумки попадаются…
Страйкер пинком распахнул дверь старого егерского домика, морщась от противного скрипа проржавевших петель. Адрес, который ему дали, вызывал только усмешку — «17-й километр лесной дороги, первый дом у забора родового поместья Волконских». Ни улицы, ни номера — настоящий медвежий угол.
«Зато соседи престижные», — хмыкнул он, бросая потрепанную дорожную сумку на пол и оглядывая свое новое пристанище.
Домишко явно видал лучшие времена — везде пыль, паутина, на стенах облупившиеся обои. Но расположение и правда идеальное — прямо под боком у огромного особняка Волконских, отгороженного от мира высоченным забором с камерами. Лучшего наблюдательного пункта и не придумаешь.
«Тащиться в академию, чтобы пасти мальчишку — пустая трата времени», — размышлял Страйкер, разминая затекшую шею. — «Рано или поздно птенчик вернется в родовое гнездо. Тут-то мы его и подождем…»
В памяти всплыл холодный голос женщины в красном: «Дождись. Выйди на связь. Задержи его, пока я не прибуду. И главное — собирай информацию. Любую. О его дяде, об окружении, о делах семьи. Мне нужно все, чем можно надавить, манипулировать, шантажировать. Каждая мелочь может оказаться важной для моего плана».
От воспоминания об этой психопатке по спине пробежал холодок. Особенно раздражало то, что она не соизволила посвятить его в детали этого самого плана. Типичная манера сильных мира сего — используют как пешку, держа в неведении.
«Ну да, зачем простому рабу с ошейником знать больше необходимого», — с горечью подумал Страйкер, потирая зудящий ошейник. — «Мое дело маленькое — следить, доносить и не задавать лишних вопросов. Меньше знаешь, крепче спишь. Особенно когда имеешь дело с такими, как эта чокнутая в красном».
Страйкер поморщился и сплел простенькое заклинание воздуха. Поток чистой силы прошелся по комнате, закручиваясь в миниатюрные смерчи. Пыль и паутина поднялись в воздух и устремились к открытой двери. Через пару минут стало заметно чище, хотя запах затхлости никуда не делся.
«М-да, без влажной уборки тут все равно не обойтись», — подумал он, глядя на въевшуюся в пол грязь. — «Но для начала и так сойдет».
Ошейник на шее противно зудел — магический поводок, которым его привязала эта чокнутая дамочка. Захотелось проветриться. Осмотреться. Страйкер вышел на улицу и побрел куда глаза глядят.
В местном парке его внимание привлекла пожилая пара на скамейке. Старушка, завидев его помятую физиономию и потрепанную одежду, демонстративно повысила голос:
— Петя, ты только глянь! На человека уже не похож!
— Точно-точно, мать, — поддакнул старик, качая головой. — Вон какой небритый, помятый весь. Куда только власти смотрят…
Страйкер машинально провел рукой по щетине и окинул взглядом свой внешний вид. Мятая рубашка, потертые джинсы, ботинки все в пыли — и правда, видок еще тот. А после ночи в поезде и пешей прогулки по грунтовке он действительно больше смахивал на бомжа, чем на мага.
«М-да, старички в своей оценке недалеки от истины», — усмехнулся он про себя. — «Хотя… может, это и к лучшему — меньше внимания к моей персоне».
Пожав плечами, почтено поклонившись старикам он двинулся дальше.
Страйкер подошел к декоративному фонтанчику, выполненному в виде трех волков — явно дань уважения семейству Волконских. Он уже начал умываться и даже добрался до подмышек, когда раздался возмущенный женский вопль:
— Товарищ офицер! Вы только гляньте, что творится! Устроил тут себе помывочную! Люди приходят на красоту смотреть, а тут… это безобразие, алкаш!
«А вот сейчас обидно было», — подумал Страйкер, вытирая лицо рукавом. — «Я, между прочим, не пью. А что на счет рожи… это все Люция и ее ищейка постарались…»
К фонтану уже спешил служитель порядка, придерживая внушительное пузо.