Печать пульсировала все ярче по мере приближения к логову своего создателя. Кожа вокруг покраснела и вздулась, словно клеймо пыталось прожечь путь к сердцу.
— Мой господин, — эльфийка мягко коснулась его плеча. В её прикосновении читалось больше, чем просто верность слуги. — Вы слишком строги к своим предкам. Они сделали единственный возможный выбор.
— Выбор? — он издал короткий лающий смешок. — Между чумой и холерой? Посмотри вокруг — все эти кости…
— Существует закон перерождения, — произнесла эльфийка. — Маги не умирают навсегда. Мы возрождаемся, получая шанс все исправить.
— О да, замечательно, — он оскалился. — И если в новой жизни я встречу мага красного спектра, клянусь всеми богами — от него останется только мокрое место. Никаких переговоров, никаких вторых шансов.
— Каждая душа имеет право на искупление, — эльфийка покачала головой. — Мы перерождаемся именно для этого — чтобы исправить ошибки прошлого, найти мир и покой. Возможно, в следующей жизни ваш злейший враг станет вернейшим союзником.
— Или предателем, — он мрачно усмехнулся, глядя на вход в пещеру. Где-то там, в темноте, среди груд золота и драгоценных камней, дремал тот, кто превратил их победу в поражение. Дракон — существо, чья помощь стоила им половины мира.
— Новый мир — новые законы, — мягко продолжила эльфийка. — Все возможно… возможно даже, что враг станет другом. Да, здесь была война за территории, но когда после смерти нас разбросает по мирам… — она сделала шаг к нему, впервые за века службы позволив своим чувствам отразиться в глазах, — я хочу быть рядом с вами, мой господин.
Она не успела закончить фразу. Из темноты пещеры вырвался столб синего пламени.
Драконье дыхание накрыло их подобно жидкому огню. Не было ни крика, ни боли — только ослепительная вспышка синего света, в которой их тела превратились в пепел быстрее, чем сердце успевает сделать удар. Ветер подхватил серые хлопья — всё, что осталось от могущественного мага и его верной спутницы — и развеял над морем костей у подножия горы.
Где-то в глубине пещеры древний дракон усмехнулся…
Я моргнул пару раз, переваривая ситуацию. Еще один иномирец… причем не просто иномирец, а тот, кто явно точит на меня зуб из прошлой жизни. Судьба, похоже, решила поиграть в свою версию «русской рулетки», только вместо одной пули в барабане — целая обойма проблем.
Так, давай рассуждать логически. Во-первых, убивать его нельзя — слишком много внимания. Фамильный перстень с родовым гербом, осанка аристократа, манера держаться… Определенно сын какой-то важной шишки. Древняя семья, серьезные связи — если с ним что-то случится, поднимется такой шум, что даже императорский двор услышит.
Во-вторых, если его отпустить просто так, он может растрепать обо мне. Иномирец, владеющий некромантией — это практически готовый смертный приговор. БМБ слетится как мухи на мед, и никакое прикрытие целителя уже не поможет.
— Слушай, а может его того… тихонечко? — бес материализовался за спиной Дамира, проверяя путы.
— Не заходи мне за спину, бешеная ты скотина! — Дамир дернулся, его холеное лицо исказила гримаса отвращения.
«Ну так и что ты решил?» — бес бесцеремонно влез в мои размышления.
«Брысь из моей головы!» — мысленно рыкнул я. — «Без тебя справлюсь!»
Ситуация требовала тонкого подхода. Убить нельзя, отпустить опасно… Остается только один вариант — договориться. В конце концов, мы оба иномирцы в чужом мире.
— Ты готов спокойно поговорить? — я сделал шаг вперед, намеренно держа руки на виду. — Мы взрослые люди, пускай и в телах подростков. Судя по твоей стойке и манере держаться, ты был воином в прошлом, верно? А воины умеют вести переговоры.
В этот момент дверь с грохотом распахнулась, едва не слетев с петель. На пороге возникла Эльза — её обычно идеальные белые косички растрепались как у валькирии после битвы, а на лбу залегла складка.
— Что здесь происходит⁈ — её голос мог бы разбудить мертвых. — А ну немедленно отпусти Дамира!
О, какая встреча. Прямо съезд заговорщиков.
Эльза рванула вперед, но я лениво поднял руку, останавливая её буквально в сантиметре от своей ладони. Она замерла, едва не впечатавшись мне в руку.
— Остынь, девочка, — протянул я. — Мы тут ведем… цивилизованную беседу между взрослыми людьми. Не стоит превращать это в дешевый балаган.
— Да я тебя… — начала Эльза.
— Тшшш, — я устало потер виски. Эти детские истерики уже порядком надоели. — Ты слишком громкая. И знаешь, что самое забавное? Вроде иномирка, а ведешь себя как ребенок. Никакого достоинства, никакой выдержки… — я окинул её оценивающим взглядом. — Интересно, во сколько лет ты умерла в прошлой жизни? В десять? Судя по уровню самоконтроля, дальше начальной школы ты не продвинулась.