Следующий раздел заставил меня напрячься:
«О существовании прозрачных стержней, или стержней попаданцев, до сих пор ведутся научные споры. В отличие от красных и синих иномирцев, имеющих чёткий энергетический след, попаданцы неотличимы от обычных магов при стандартных методах сканирования. Однако, согласно секретным архивам Императорского Дома, существует достоверное свидетельство их присутствия.»
— Это уже интереснее, — я невольно подался вперёд.
Страница за страницей, я впитывал информацию, пока не добрался до самого важного — главы под названием «Методы выявления носителей прозрачных стержней».
«Традиционные методы обнаружения иномирцев бессильны против попаданцев. Их энергетическая структура мимикрирует под структуру носителя настолько идеально, что даже опытные сканеры не способны выявить различия. Однако в ходе Ярославского эксперимента 1912 года был разработан метод вынужденного проявления.»
Дальше шли детали эксперимента, проводившегося над людьми с внезапно изменившейся личностью, в которых не удалось обнаружить ни красного, ни синего стержня. Подопытные подвергались различным типам магического воздействия, и только одно показало результат.
«Руны Истинного Видения, нанесённые на ткань, при контакте с кожей попаданца вызывают характерное свечение в области сердца, проявляя скрытый прозрачный стержень.»
На полях была нарисована схема: семь рун, расположенных по окружности, и восьмая — в центре.
Серебристоволосая девушка, Алёна. Её знание моих боевых техник лекаря, этот взгляд, словно знающий больше, чем говорит… всё сходилось.
— Я знаю, что нужно делать, — произнёс я, захлопывая книгу.
— Поделишься? — он вопросительно приподнял бровь.
— Хочу проверить одну теорию, — я улыбнулся. — О серебристоволосой девушке и её… происхождении.
Я отодвинул трактат, делая пометки в блокноте.
Домин, наблюдавший за мной с заинтересованным видом, наклонился и вытащил из-за пазухи ещё одну книгу в потрёпанной кожаной обложке.
— Да, правильно, нахрен эти скучные трактаты, — он подмигнул и подтолкнул ко мне новую книгу. — А перед тем, как наведаться к девахе, лучше изучи вот это. Бесценные знания.
Я взглянул на обложку и закатил глаза. «Искусство любовных утех: иллюстрированное руководство». По центру красовалась гравюра с весьма недвусмысленной сценой.
— Болван, — я отвесил ему лёгкий подзатыльник. Даже сидя, трёхметровый Домин возвышался надо мной, так что мне пришлось привстать.
— Эй! Грубо! — демон потёр затылок, хотя удар явно не причинил ему ни малейшего дискомфорта. — Я ради тебя старался! Знаешь, как трудно было найти издание с движущимися иллюстрациями?
Костя внезапно напрягся, принюхиваясь. Его ноздри расширились, зрачки сузились — проявились звериные черты вурдалака.
— Вы чувствуете? — он втянул воздух. — Кровь…
Я мгновенно подобрался, сканируя пространство вокруг. Особенность боевых лекарей… мы чувствуем чужую кровь на уровне атомов, распознаём её состав. И сейчас я действительно ощущал что-то… неправильное.
Не успел я среагировать, как двери библиотеки с грохотом распахнулись. В проёме возникла массивная фигура в форме академического охранника. Но это определённо был не обычный человек.
Его тело, казалось, едва сдерживало избыток энергии — мускулы вздувались под форменной рубашкой, заставляя ткань трещать по швам. Вены на шее и висках пульсировали, наполненные тёмной жидкостью. Но самым жутким было лицо: кожа неестественно натянулась, скулы заострились, а глаза… кроваво-красные с вертикальными зрачками.
Библиотекарь вскочил со своего места, но замер, парализованный ужасом. Студенты, сидевшие в панике бросились к дальним выходам.
Существо, похожее на охранника, медленно двигалось между стеллажами, принюхиваясь. Внезапно его взгляд остановился на мне, а из горла вырвался нечеловеческий рык. Губы растянулись в оскале, обнажая удлинившиеся, заострённые зубы.
— СПИРО! —проорал он, указывая на меня пальцем.
Я медленно поднялся, держа руки на виду.
— Ни как нет! — я покачал головой с деланным сожалением. — Боюсь, вы обознались, уважаемый. Я Дмитрий Волконский, студент первого курса.