— Я не отказываюсь от своих слов. Моя жизнь — твоя до тех пор, пока я не искуплю свой долг. Что же касается вашего вопроса… Я помогу вам. Я точно знаю, где находится этот артефакт, и я с удовольствием помогу вам отнять его у моего отца. — Ошеломил всех мечник.
Глава XIII Разум
Глава XIII Разум.
Тишину, как всегда, нарушил гном.
— Вот это поворот, — Джибаро почесал бороду, покосившись на северянина. — Значит, артефакт, который мы ищем, находится у твоего папаши? И помогает ему развивать ваш народ? А ты готов помочь нам лишить его этого преимущества?
— Всё не так просто, — вздохнул Снэбьерн. В его голосе слышалась глубокая, давно сдерживаемая усталость. — Это очень долгая история. Но в целом… ты прав.
— А мы не особенно и торопимся, — заметила Элиандор, устраиваясь поудобнее у костра. — Враги пока отстали. Думаю, они не очень-то жаждут видеть нас после того ада, который мы устроили. Да и нам нужно время на отдых.
— Хорошо, я расскажу вам свою историю, — Снэбьерн перевёл взгляд на Лазриэля и Джибаро. — Но прежде… я бы очень хотел услышать, как лесной эльф и подгорный гном стали некромантами? — Он ехидно прищурился, в предвкушении интересного рассказа.
— Моя история началась, когда полубог отправил мне видение, — Лазриэль говорил негромко, глядя в огонь. — Я узнал, что народу лесных эльфов грозит страшная опасность. Повелитель Тьмы идёт. А чтобы его остановить, мне нужно понять его силу и найти защиту против неё. — Он благодарно посмотрел на гнома. — А когда мы встретили в пути некроманта, да ещё и светлой расы, я сразу решил — это знак. И попросил обучать меня.
— Ну а со мной всё ещё проще, — оживлённо подхватил Джибаро. — Мне пришлось обратиться к некромантии, чтобы остановить проклятие, лишившее меня ноги. Все остальные способы не помогли. Пришлось окунуться во тьму.
С этими словами некромант несколько раз звонко стукнул по лежащему под ногами камню мифриловым протезом, демонстрируя результат. Гном поморщился — каждый удар отдавался в культе фантомной болью, но он давно привык не показывать этого.
В маленьком лагере снова воцарилась тишина. Викинг обдумывал полученную информацию — его лицо было задумчивым, брови сдвинуты. Он явно ожидал большего. Остальные ждали, пока он соберётся с мыслями. Андориус призвал божественные силы, чтобы подлечить нового спутника. Раны того быстро затягивались — сначала перестала сочиться кровь, потом края порезов порозовели и стянулись. Снэбьерн приподнялся, сел, облокотившись о дерево, и начал свой рассказ.
Венец появился в Зимнем городе варваров так давно, что никто уже не мог назвать точной даты. Он переходил от одного шамана к другому, даруя мудрость и остроту ума, невиданные ранее. Однако вместе с тем носитель получал жадность, злость и коварство, ему не свойственные. Поэтому верховные шаманы постоянно менялись — один носил артефакт, но вынужден был считаться с мнением остальных.
Племя стало развиваться стремительно. Каждое коварное нападение соседей оказывалось обречено на провал. Оружие становилось более современным и смертоносным, дома — тёплыми и основательными. С каждым годом племя набирало силу. Уже век спустя на месте большого шатёрного лагеря возвышался прекрасный город с бревенчатыми домами. А к сегодняшнему дню он вырос ещё больше, постепенно облачаясь в камень и железо.
В тот год настал черёд Ильдвара надеть венец. Отец Снэбьерна всегда отличался рассудительностью, милосердием и стремлением к миру. Но тот человек погиб — в проклятый день, когда артефакт коснулся его головы. Тот, кто стал верховным шаманом, оказался жесток и коварен. Только совет старейшин сдерживал его амбиции… до поры до времени.
Однажды ночью всех до одного шаманов совета жестоко вырезали во сне. Некому стало сдерживать верховного. Честолюбие подталкивало его поставить весь мир на колени. Он стал готовить войско для завоевательных походов. А возле его трона приютился Асингтур, ставший правой рукой лидера.
Асингтур всегда был жадным до власти и завистливым. Ещё будучи учеником, он не гнушался ничем ради собственной выгоды. А когда все члены совета были убиты, не преминул воспользоваться шансом, предложив новому владыке свою помощь.
Снэбьерн как раз вернулся из дальних стран, где набирался опыта, продавая свой меч всякому, кто готов был заплатить. Северяне — суровый народ. Чтобы стать настоящим воином, каждый юноша, считающий себя достаточно сильным, отправлялся в южные земли. Кто-то устраивался наёмником, кто-то сколачивал свой отряд и грабил поселения, кто-то, наоборот, защищал их от набегов. Многие оставались там, бились, становились командирами, находили приют и смерть. Снэбьерн же торопился к отцу — хотел порадовать его, показать, каким сильным и умелым стал его сын, какой из него вышел свирепый воин.